Актуальная информация
Дорогие гости и игроки, нашему проекту исполняется 4 года. Спасибо за то, что вы с нами.

Если игрок слаб на нервы и в ролевой ищет развлечения и элегантных образов, то пусть не читает нашу историю.

Администрация

Айлин Барнард || Эйлис Стейси
идет набор [подробнее ...]

Полезные ссылки
Сюжет || Правила || О мире || Занятые внешности || Нужные || Гостевая
Помощь с созданием персонажа
Игровая хронология || FAQ
Нет и быть не может || Штампы
Игровые события

В конце мая Камбрия празднует присоединение Клайда. По этому случаю в стране проходят самые разнообразные празднества.

В приоритетном розыске:
Наместник Бринмора, принцесса Клайдская, фрейлины, Марк Кардидд, "королевский" друид, наследный принц Филипп

В шаге от трона

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » В шаге от трона » Летопись » Графство Фейф, замок Ильстоун, 27 декабря 1581 года.


Графство Фейф, замок Ильстоун, 27 декабря 1581 года.

Сообщений 1 страница 25 из 25

1

- Инэн сообщает отцу и сестре,  что нашла себе мужа.
- Отец одобрил выбор младшей дочери. Разговор отца и Элис.

Отредактировано Alice Alinor (2016-06-14 12:23:16)

0

2

От имени Алика Алинор, графа Фейфа.
http://sd.uploads.ru/2xGfz.jpg

Ветер пел за стенами Ильстоуна, свистел в щелях ставен, как плотно их не закрывали, рождал тоненькие сквозняки над каменными плитами пола, заставлявшие втихомолку браниться стражников, и вполне себе в голос ворчать - служанок, тех, что уже были в таком возрасте, в каком лишний холод в поясницу был весьма нежелателен.
Зима, раскинувшая над вересковыми пустошами тонкое снежное одеяло, сияла ярким солнцем с безоблачного неба, и трещала морозом, кусающим лицо и руки, ледяными иголочками ветров, беспрепятственно устраивающих свои игры на плоскогорье. В такую погоду в замке казалось сумрачно и скучно, но, стоило только выйти, как пронизывающий ветер мигом заставлял по достоинству оценить надежную защиту крепких каменных стен.
Граф Фейф уже полностью оправился от своего нездоровья, чувствовал себя полным сил, и единственным напоминанием о пережитом, казалось, была лишь седина, изрядно прибавившаяся в медных волосах. Он не обращал внимания, да и не замечал что Галвин и Кайд с тех пор, однако, относятся ко всему с удвоенным вниманием и даже подозрением. Собственно, это и не имело никакого значения.
С наступлением зимы - работы почти везде приостанавливались. Даже рыбная ловля из-за резких холодных ветров стала почти невозможной, и в море выходили лишь самые отчаянные рыбаки, а работа на лесопилках остановилась -потому что мороз портил пиленый лес. Пчелы мирно спали в своих землянках до весны, спал и вереск укрытый тонким снегом, и по деревням разлилось сонное зимнее оцепенение, перемежаемое лишь изредка - ярмарками или еще каким-нибудь устроенным весельем, чтобы спастись от зимней скуки.
Алинор, в эти долгие зимние дни, впрочем редко сидел сиднем в замке. Фейф был велик, и всегда находилось чем себя занять. Оставаясь дома днем он ощущал себя крайне дискомфортно а день - потерянным, и тем приятнее было наоборот - возвращаться в замок, слышать звук встречающего рога и видеть выбегающих навстречу дочерей.
Поэтому, заканчивая завтрак, он раздумывал о том - что на северо-восточной дороге, что вела в Глостер, было бы неплохо восстановить старый трактир, который сгорел несколько лет назад. Этой дорогой пользовались многие, особенно купцы, отправлявшие из Фейфа в столицу целые обозы меда и свечей. Если помочь кому-нибудь из наиболее предприимчивых - отстроить и открыть этот трактир вновь - он мог бы стать неплохим источником дохода, и, кроме того, облегчить путешественникам путь. А легче дорога - больше путешественников. И на этом фоне торжественное заявление Инэн, сделанное ею к окончанию завтрака - оказалось для него полной неожиданностью.

+1

3

*

Совместно с отцом Аликом Алинор (Айт Уоллинфорд)

Элис проспала завтрак, что случалось довольно редко, но все же случалось. Вчера она допоздна сидела в кабинете отца. Пока он занимался своими делами, она вышивала. После произошедшего две недели назад, она боялась оставаться одна. Ей сразу становилось тоскливо и одиноко. Но отец был прав, когда говорил, что боль пройдет. “Все можно пережить, Элис, и это тоже пройдет. Нужно лишь время.” Действительно, боль ушла, но она оставила после себя пустоту, что не могли заполнить ни долгие беседы с отцом, ни щебет сестры, с которой Элис начала проводить больше времени. Ей было все равно с кем, или где, лишь бы не одной.
По ночам её мучили кошмары. Она одна, совсем одна, а вокруг, сам воздух кипел от яростной злости, и не кому было её защитить от тех, кто таился в этой жуткой темноте. Элис просыпалась, и первое, что ей хотелось сделать бежать к отцу и матери. Спрятаться под одеяло. А они обнимут её, и все злые монстры исчезнут. А потом она вспоминала, что ей уже не три года, и монстры, что пугали её - тени или ветка, что стучала в окошко, и матушка с отцом больше не расскажут ей историй, и не уберут выбившийся из косицы волос. Элис уже взрослая, возможно не такая, как ей бы хотелось, учитывая произошедшее, и как она себя вела, но с кошмарами она должна справляться сама.
Она бежала по лестнице вниз, в обеденную залу, желая увидеть отца до его отъезда. Девушка старалась каждое утро провожать его, как это раньше делала матушка.
Элис споткнулась на последней ступеньке, и с визгом полетела вниз, но её подхватили чьи-то сильные руки и поставили на пол.
- Куда ж вы так спешите? - Родри. Вечный оптимист и весельчак. Рядом с ним стояла служанка, и старательно прятала глаза, убирая растрепанные волосы.
- Спасибо. К отцу. Он ещё не уехал? - Но не дослушав ответ, Элис уже бежала дальше.
- Да вроде нет ещё, а… - Мужчина махнул рукой поворачиваясь к служанке.
Затормозив у самых дверей, Элис оправила платье и вошла.
Судя по почти опустевшим тарелкам, отец и сестра уже закончили. Немая служанка уводила матушку, и девушка коротко поцеловав её в лоб, прошла на свое место.
От Элис не укрылось, что Инэн была одета как-то уж слишком нарядно. Тёмные волосы уложены в сложную причёску, а на руках блестели желтыми камнями серебряные браслеты. Инэн тоже посмотрела на сестру, с каким-то странным выражением. “Превосходства?”
- И что нас ждёт на воскресный обед, отец? - Элис положила на свою тарелку ломоть ещё тёплого хлеба, сыр. Посмотрела на отца.
Она уже и не помнила, как давно они затеяли эту игру, но тот, кто первым спускался к завтраку, выбирал, что подадут на воскресный обед.
- Явилась. И в такой день, опять все внимание тебе. - Инэн надулась и глянула на сестру.
Элис непонимающе посмотрела на отца, потом на Инэн.
Алинор, увидев этот взгляд, усмехнулся, отирая руки о поданную служанкой влажную тряпицу.
- Инэн только что сообщила мне интересную новость, Элис. Похоже, твоя сестра нашла себе супруга не дожидаясь, пока это сподоблюсь сделать я.
Элис поднесла к губам кубок с теплой медовой водой, но услышав слова отца, замерла. Брови её поползли наверх, а сердце неприятно кольнуло. “Как? Именно сейчас?”
- Видишь, видишь, отец, она не рада за меня, я так и знала! Она только о себе думает, нет, что бы за меня радоваться! - Инэн ткнула в сторону Элис тонким пальцем.
- Почему же. - граф взглянул через стол на старшую дочь, улыбнулся ей одними глазами, и поглядел на младшую - Она всего лишь изумлена, так же как был удивлен и я. Сама виновата - скрытничала, бегала на свидания, а нам с сестрой, выходит, и невдомек. - он улыбнулся - Ты знаешь, что тебя вообще-то следовало наказать, за такое своеволие?
Инэн открыла рот, сощурилась.
- Меня? А Элис вы ничего не сделали, отец. Хотя она два раза сбегала. Я все знаю, служанки болтали, а я слышала. И вы только о Элис и думаете, а как мне мужа найти, если вы не стараетесь? А?
- Замолчи, Инэн. Ты ничего не знаешь. - Элис с громким стуком поставила кубок на стол. - Отец прав, это не достойно…
- Сама замолчи!
- Тише, девочки, тише! - Алинор подался вперед, скрестив руки на столешнице, прерывая спор дочерей. Два раза. Ну хвала богам, знают только про два, а сколько она сбегала на пустоши втихаря, просто ради развлечения и удовольствия попортить нервы нянькам? И не счесть. - Во-первых незачем ссориться. - он улыбнулся - Что-то боги, отняв у меня сына, наградили дочерьми, которые любого ровера за пояс заткнут. Так что никого я наказывать не намерен. И, кстати, Инэн, тебе всего тринадцать лет. И стараться отыскать тебе мужа, если по уму, следует начинать года через два. Но раз уж ты говоришь, что нашла его сама, уж расскажи хотя бы кто он?
-... А у нас уже все решено. Мы любим друг друга, поженимся, отец разрешит, правда ведь? - И ехидно добавила. - Уж от меня-то, мой любимый не откажется.
- Инэн! - Граф нахмурившись, хлопнул ладонью по столу. - Что это еще за разговор?! Во-первых Блитингу отказал я, а не наоборот, а во-вторых твоего ли это ума дело?
Элис задохнулась от такой подлости. От родной сестры?! Да, они не были дружны, но сказать такое? Она встала, медленно подошла к Инэн, развернула её лицом к себе.
- Подло, это очень подло с твоей стороны, сестренка. - И едва сдерживая слезы, бросилась прочь.
- Видели, вы это видели?! Испортить мне такой день! Гадкая, отец, она гадкая! - Доносилось до Элис, пока она бежала в свои покои.

Отредактировано Alice Alinor (2016-06-14 14:49:54)

+1

4

От имени Алика Алинор, графа Фейфа.
http://sd.uploads.ru/2xGfz.jpg

Алинор встал. Он любил обеих своих дочерей но все же не равно, и временами ему делалось совестно за то, что, что он столь явно отдает предпочтение старшей. Но Инэн - приземленная, недалекая и  эгоистичная, была ему совершенно чужда по духу, и в отношении с ней он был лишь таковым, как бывают большинство отцов по отношению к дочерям - спокойным, внимательным, доброжелательным, в меру строгим, но не более того. Собственно такое отношение было в порядке вещей, если бы не Элис - девочка, которая была словно бы частью его души, вплоть до вкусов и наклонностей, до схожести мечтаний и того неуловимого, что много позже мудрецы и лжеволхвы будут называть аурой. И контраст был разителен. Инэн, конечно замечала это, хотя с весьма прагматичной стороны, но особенных страданий это ей не доставляло, поскольку фактическая забота, подарки, выполнение маленьких прихотей, и прочее - доставалось равно обоим, а до душевной склонности отца девочке, в силу ее прагматичной приземленности не было дела. Однако что-то все же было, и это что-то и подмывало ее уколоть сестру при каждом удобном случае. Алинор давно к этому привык, да и Элис тоже, но вот эта шпилька уколола глубоко, причем даже не столько старшую дочь, сколько его самого.

- Незачем было самой говорить ей гадости в такой день, Инэн. - довольно сухо отозвался он на поток жалоб- К тому же, гадости необоснованные. Я отказал Блитингу, и ничто не мешает мне точно так же отказать и этому твоему барону, тебе не кажется?

-Да она завидует мне! Вы не видите? Не получила своего графа, так теперь на весь свет обижена, кто её такую в жены возьмёт? Она же никого не слушает, только о себе думает! Он сегодня прибудет сюда, просить моей руки. - И сменив тон, продолжила. - Отец, он мне нравится. К тому же, он старший сын барона. А барон уже старый, и скоро умрет, вот. Вы же поговорите с ним, правда?  - Она умоляюще посмотрела на отца.

Граф все еще хмурился, но все же выслушав. Просительный тон дочери живо напомнил ему то, как Элис просила отдать ее за Эрвана. Вторая тоже сделала ошибку, влюбившись в недостойного? Или нет?

- Я поговорю с ним - наконец кивнул он. - А ты, помирись с сестрой и извинись за свою выходку. Мне надо ехать, если этот твой барон приедет до того как я вернусь - примите его вместе, и пусть подождет моего возвращения.
И, кивнув дочери, он вышел из трапезной, за дверями которой уже скучал, прислонившись к стене Кайд, наблюдая за Сафиром и Бранном, играющими тут же в кости.

Игра тут же прекратилась, и Кайд с Бранном направились за ним, а Сафир - худощавый, смуглый, с проницательными темными глазами, казавшийся в свои тридцать четыре года, благодаря тонкому сложению и небольшому росту - едва ли не двадцатилетним - заложил большие пальцы за пояс, и отправился куда-то по коридору. Уезжая по делам и беря с собой кого-то из своей верной четверки - Алинор оставлял дома как минимум двоих, и был вполне спокоен за то, что в его отсутствие замок будет в безопасности.

Отредактировано Aedd Wallingford (2016-06-14 13:01:17)

+1

5

Утренняя ссора, а потом и извинения сестры - не очень искренние, заставили Элис снова пережить все то, что она так отчаянно желала забыть. Она была рада за сестру, честно, но было трудно признать, что радость эта исходит от чистого сердца. Не могла она смотреть, как Инэн с мечтательной улыбкой на её хорошеньком личике, рассказывает об этом мужчине, о том, как волнуется за их разговор с отцом. Слишком свежи были её собственные раны, воспоминания, мечты. Но она радовалась, и желала сестре счастья.
Элис помогла Инэн перебрать платья, выбрать то, в котором она явится жениху, если отец сочтет того достойным его младшей дочери. Только чем больше она слушала и находилась рядом со светящейся от счастья сестрой, тем хуже становилось ей.
Кайд уехал отцом, и в замке остались Родри и Сафир. Поэтому, Элис решилась выбраться на пустоши, и хоть клялась отцу, что одна туда больше сбегать не будет, сейчас ей отчаянно, просто до боли хотелось убежать из замка.
Забежав к себе, Элис смахнула слезы. Она злилась на себя, что не может справиться с завистью к сестре, схватила теплый плащ, и осторожно, стараясь не попадаться прислуге на глаза, выбралась из замка. Пробралась в сад, перелезла через стену, и бегом кинулась к полю. Она бежала быстро-быстро, взметая белый снег, что выпал этой ночью, и ещё не успел слежаться, бежала к камню, к тому огромному, старому, испещренному временем валуну.
Элис обхватила его руками, прижалась щекой, закрыла глаза.
“Боги, молю вас, простите меня за мою слабость. Я ведь должна радоваться за сестру, но не могу…” Она изливала этому ветхому камню всю свою душу, молила о том, что раз боги не дали ей быть счастливой, то пусть хоть сестра её познает всю радость взаимной любви, и пусть отец их, одобрит этот союз.

+1

6

От имени Алика Алинор, графа Фейфа.
http://sd.uploads.ru/2xGfz.jpg

- Ну где опять эта девчонка? - старая нянька, безуспешно искавшая Элис по всему замку, отчаянно всплеснула руками.

Никто из сновавших взад-вперед слуг, не обратил на нее внимания. Кухня, как всегда перед ужином, особенно когда в замке ожидали гостя, гудела как улей. Сафир, сидевший у краешка длинного стола, за которым обычно обедали слуги, и сосредоточенно выстругивающий из длинного деревянного бруска новую рукоять для поварешки, по просьбе кухарки Алмы - поднял голову, но расспрашивать о какой девчонке идет речь не стал. И без того было понятно. Инэн, взбудораженная предстоящим официальным визитом своего суженого - носилась от трапезной в кухню и обратно, впервые взяв на себя командование приготовлениями, и о ее местонахождении спрашивать явно не имело смысла, потому что за полдня она успела так намозолить всем глаза, что искать ее уж точно было незачем. Впрочем, памятуя распоряжение графа, охранник не пропустил сей возглас мимо ушей. Отложил нож, поднялся, игнорируя возмущенные вопли Алмы о том, что стружки замусорили пол и стол, а поварешка так и не готова, и вышел.

Родри сидел в комнатенке у ворот, которую в замке гордо называли кордегардией, и оперял стрелы. Работа была нудная, и занимала много времени, но он находил в этом второе в жизни, помимо флирта, удовольствие, поэтому выражение лица у него было самое умиротворенное.

- Нянька опять Элис ищет - без обиняков, заявил чернявый охранник, входя. - Не иначе как снова сбежала.
- А ты искал? - Родри откусил зубами суровую нитку, и макнув палец в крахмальный клейстер, замазал только что затянутый узел.
- А чего ее искать. Эта старуха что твоя гончая, если чего ей надо - враз найдет - Сафир уселся на табурет, и принялся сколачивать с подошв налипший снег. - Раз не нашла, значит нет ее в замке. Может снова на пустоши подалась? По такой-то погоде…
- Может и подалась. - лучник повернул стрелу, и сощурясь вгляделся в оперение. Кончиком ножа выправил одно из обрезанных перьев - провернувшееся чуть вбок в своем желобке. Потом отложил стрелу и вздохнул. - Ну одевайся тогда. Пойдем искать.

Искать пришлось недолго. Пустоши были обширны, да и мелкий сеющий снежок быстро заметал следы, да только стоило им проехать вдоль стены, как Сафир мигом отыскал цепочку почти присыпанных отпечатков ног, и ткнул пальцем в куст, с которого осыпался снег.  Он не был умелым воином как Кайд или Бранн, да и из лука стрелял не хуже и не лучше любого другого, зато в искусстве владеть кинжалом, находить дорогу в лесу, охотиться, и читать следы - остальная троица ему и в подметки не годилась.

Повернув лошадей по следам, оба довольно быстро увидели и камень, и силуэт девушки рядом. Родри беззлобно ругнулся, а чернявый стражник, лишь улыбнулся, показав в улыбке два ряда ослепительно белых зубов. Лучник спрыгнул с коня, поводья которого тут же перехватил его товарищ, и пройдя несколько шагов, остановился над девушкой, уперев руки в боки.
- Ну и что вы тут делаете, маленькая леди?

0

7

*

Совместно с отцом Аликом Алинор (Айт Уоллинфорд)

После того, как девушка излила душу “Волшебному камню”, как называла его матушка, ей стало легче. На сестру она больше не злилась, а мысли о том, что её маленькая сестренка выйдет все же замуж, и уедет, приносили странное облегчение. Она уже повернулась было к замку, осторожно ступая в те  же ямки-следы, как увидела двух всадников, которые стремительно приближались к ней. Сначала она испугалась, ведь Кайд обещал ей много всего - чего именно, он не уточнил, но все равно было страшно, но потом, разглядела Родри, а за ним и Сафира.
На вопрос лучника, Элис  виновато улыбнулась.
- Я не сбежала, Родри, только камню хотела помолиться, и уже собиралась вернуться.
Девушка глянула на Сафира.
- Честно.
Из всех охранников отца, он казался ей самым таинственным и почему-то, она его немного опасалась. Родри ещё мог бы промолчать о том, что она ослушалась отца, но станет ли молчать Сафир?
- Вы же ничего отцу не расскажете? Незачем его тревожить, я же не собиралась сбегать.  - Элис посмотрела сначала на Родри, а потом и на второго охранника. - И Кайду тоже не надо, хорошо?

- Не расскажем, как же? - лучник нахмурился, все так же стоя подбоченившись, и глядя на девушку сверху вниз - Это кто мне, скажите на милость клятвенно обещал носу больше в одиночку на пустоши не высовывать? Ась?
Сафир же, остававшийся в седле, скрестил руки на передней луке седла, и тонко ухмылялся плотно сомкнутыми губами, глядя на девушку с прищуром, который можно было явно расценить и как ехидный как и оценивающий.

- Родри, но я же за сестру молиться ходила, а не убежала. Мне надо было, понимаешь? Нужно было прийти сюда. Я обещала не сбегать, и никогда не сбегу. А пустоши не в счёт, если никто не узнает? - У она с надёжной заглянула ему в глаза.
- Миледи, если вам охота прогуляться, берите уж кого-то из нас с собой. - мягко произнес чернявый охранник - А ну как в рытвину какую-нибудь упадете, или кто чужой-злонамеренный здесь вас одну заметит? Тут на пустошах вся-якое бывало.
- он произнес это вроде бы без всякого намека, только вот черные как уголь глаза остро блеснули сдержанной насмешкой. Словно бы Сафир знал куда больше чем говорил.
“Ну как же они не понимают, что я хочу побыть одна, совсем одна.”
Слова Сафира заставили её вспыхнуть. Она нахмурилась.
- Не знаю я, что тут бывало, только ямы все я знаю. А что до чужих, - она твёрдо смотрела в черные глаза, - то больше такого не повторится. И отчитываться перед тобой я не собираюсь. Хочешь рассказать отцу - пожалуйста.
Договорив, Элис смутилась. Она не сразу поняла, что заставило её так говорить с человеком, который просто опасался за её жизнь. Стыд. Когда вспомнила то, что могло произойти там, тогда.
- И скажем - рявкнул Родри, обхватывая девушку за талию, и поднимая на лошадь - Потому как веры вам больше нету! “Обещаю-обещаю, больше не повторится…” А как что, так сразу, фьють, и снова за старое. - он влез в седло, и ткнул лошадь каблуком. Лучник казался не столько разозленным, сколько обиженным, и, против обыкновения, молчал до самого замка, где ссадил ее с седла, и ткнул пальцем в сторону входного портала.Сафир, все так же тонко улыбавшийся всю дорогу “праведному гневу” маленькой госпожи, повел лошадей в конюшни.

+1

8

От имени Алика Алинор, графа Фейфа.
http://sd.uploads.ru/2xGfz.jpg

Граф вернулся домой незадолго до ужина, усталый, промерзший, забрызганный грязью чуть ли не по пояс, но, относительно довольный. Кайд, забиравший лошадей, сыпал бранью себе под нос, Бранн же - рослый, почти под семь футов без малого ростом, светловолосый, светлокожий потомок оседлых норманов, широкоплечий, светлоглазый, и невозмутимый как пень - казалось только-только сел в седло, хотя и его не обошли стороной брызги перемешанного с грязью мокрого липкого снега и следы копоти на штанах.
Барон, как и следовало ожидать, уже приехал, и, как велят старинные традиции гостеприимства был принят обеими дочерьми графа в нижнем зале, где ему подали горячее вино и кое-какую закуску, чтобы подкрепиться с дороги.
Торопливо переодевшись, Алинор велел позвать гостя к себе.
Барон Айвест не произвел на графа никакого впечатления. Ни положительного, ни отталкивающего. Сумрачный, спокойный, неразговорчивый человек, годами едва ли младше самого Фейфа, однако же одетый довольно просто и добротно, явно без желания пустить пыль в глаза, и режущей глаз помпезности. Говорили они недолго, после чего хозяин как водится, пригласил гостя к ужину, на котором, собственно и объявил свое согласие. Спокойно и просто, за столом, за которым по случаю приезда гостя - помимо них четверых и барона присутствовал еще и друид Галвин. Последний, впрочем, почти ничего не ел, и под предлогом нездоровья увел графиню наверх, едва только это оказалось дозволено приличиями.
Гость, впрочем, не обратил на отсутствующий вид, и опущенные глаза хозяйки, никакого внимания. Тут же, за столом, понаблюдав отношение барона к Инэн, Алинор пришел к выводу, что все к лучшему. Как ни странно, этот рослый, флегматичный мужчина, относился к говорливой Инэн со спокойной снисходительностью родителя, и находясь рядом, они были похожи на вертлявого воробушка, и пасущегося на лугу быка. Брак этот, разумеется был мезальянсом, но…

+1

9

*

Совместно с отцом Аликом Алинор (Айт Уоллинфорд)

Элис было не по себе. Кто-кто, а Родри никогда не повышал на неё голоса, и так бесцеремонно хватал руками. И он, и она всю дорогу молчали, а когда он указал ей на дверь, то подчинилась. Она потом конечно попытается уговорить его молчать, и он, скорее всего так ничего отцу и не скажет,  а вот Сафир…
Инэн подхватила сестру и утащила помогать. Платья, еда, украшения… такой толкучки, какая сейчас царила на кухне, не было со времени её помолвки, и хотя гость прибывал всего один, Инэн успела всех поставить на уши. То ей не нравился тушеный заяц, то морковь слишком жёсткая, мед прогорклый, яблоки сухие - и так целый день! Наконец Элис не выдержала, и отправила сестру,  а с ней и двух служанок наверх, одеваться к приезду барона. Кухарка Алма уже хваталась за сердце, и теперь, когда младшая дочь графа наконец оставила её в покое, присела на тяжелый табурет, стоявший на верхней ступеньке небольшой лестницы, и командовала поварятами. Элис знала, что Алма исполнит все так, как нужно - только не стоит ей мешать.
Девушка хотела найти Родри до того, как прибудет отец, поэтому быстро обошла все комнаты, в которых тот обычно проводил время, но не нашла. Зашла на конюшню, но и там его не оказалось. Когда Элис уже заходила в замок со стороны кухни, то наткнулась на Сафира, он бросил на неё хитрый, колкий взгляд, от чего у нее мурашки побежали по спине, и не сказав ни слова, пропустил внутрь. “Расскажет, он все расскажет. Не отцу, так Кайду.” Кенна, молоденькая служанка, что Элис отправила наверх с сестрой, подбежала к ней, крича что-то о том, что молодая госпожа совсем выжила из ума, и не хочет спускаться.
- Платье порвалось, а зашить, времени нет. Другое она надеть не хочет. Леди Элис, помогите.
“В общем, день выдался сумасшедшим.” - думала Элис, сидя за столом. Платье она зашила, но все равно, понадобилось около получаса, чтобы вытащить Инэн из покоев.
Отца ещё  не было,  когда гость прибыл в замок, и девушки встретили его одни, под молчаливым взором охранников.
Барон показался Элис совсем обычным. Внешность его была совсем не примечательна, голос низкий, твердый. А Инэн, что щебетала рядом с ним без умолку, он заставлял замолчать одним лишь взглядом, и та, краснея слушалась. “Вот бы нам с отцом такой дар.”
- Разрешил, отец разрешил, Элис!!! - Инэн скакала по коридору точно сумасшедшая, и Элис прекрасно её понимала, поэтому схватила за руки, прижала к себе и прошептала:
- Будь счастлива, Инэн. Хоть одна из нас будет.
Ужин прошёл достаточно тихо, барон принял приглашение отца провести в их замке ночь. Он много о себе не говорил, вероятно, они с отцом уже все обсудили, и повторять кто он, откуда, чей сын, не имело смысла.
На отца Элис не взглянула, и хотя он ничем не дал понять, знает ли о её маленьком проступке, ей было неловко. Она первая покинула залу, когда все наконец закончили ужин, и пересели к горящему камину. Девушка желала заснуть, и решить все проблемы завтра, сегодняшний день принёс ей слишком много впечатлений.
Подходя к лестнице, Элис заметила Родри, его тёмный силуэт в конце плохо освещенного коридора. Она быстро подошла к нему, схватила за рукав, обращая на себя внимание.
- Родри, прости, я не подумала. - Точнее, она не подумала о том, что её так быстро хватятся. - Но я ведь и не пыталась сбежать. Я хотела одна помолиться богам о счастье Инэн. Ты ведь ничего отцу не сказал? Не нужно  волновать его, а я буду брать вас с собой, если снова пойду к камню. Хорошо?
- А я уже сказал - угрюмо отвечал лучник, выглядевший скорее усталым чем раздраженным - Вы, маленькая леди до сих пор как дите малое - “обещаю” а назавтра от этого “обещаю” - один только пшик и остается. Вам лишь бы бегать да своевольничать, а нам что? За вами как за дитем бегать -отыскивать? Понятно, что вы вроде как графиня, а мы никто - но ведь с малых лет за вами ходим. И покрывали когда надо проделки ваши, особенно я. И что? Снова “я больше не буду” - снова лишь отец за порог, а вас и след простыл, а нам снова тащиться вдогонку и искать. Разве ж можно так с нами-то? Что мы - слуги вам, али лакеи какие? Понятно что вам вродь как не ровня а все же...
Элис стыдливо опустила глаза. Ей действительно было совестно, что она раз за разом нарушает свои обещания, но пустоши...Они манили её, и только там она чувствовала себя свободной.
- И я никак не смогу тебя переубедить? - Она с робкой надеждой глянула на мужчину.
- Говорю же, сказал уже. - Родри вздохнул и пожал плечами - Да вроде он похоже и не удивился.- Он тоскливо поглядел наверх, откуда отчетливо сквозило и поежился. - Долго они там внизу сидеть-то будут, не знаете? Замерз я уже тут как собачий хвост!
- Не знаю, только ужинать закончили. А тебе зачем? - “Понятно, почему отец не сказал мне ни слова.” -Хочешь, я отвар ромашки принесу?  - Она надеялась задобрить Родри, и в следующий раз, он может ничего и скажет.
Лучник только вздохнул. Отвар ромашки… эх…. браги бы да покрепче, да только у маленькой леди ее точно просить не следует, и не в то время пока стоишь на карауле. Хотя чего тут караулить. Простуду что ли? Еще и с холодрыгой этой все попрятались, в коридор лишний раз никто не высунется, поболтать не с кем.
- Не надо, - наконец печально. - Идите, отдыхайте. Может повезет, и они там недолго просидят. Хотя… - он махнул рукой, и подальше отодвинулся спиной от холодной каменной стены.

+1

10

*

Совместно с Элис Алинор

От имени Алика Алинор, графа Фейфа.
http://sd.uploads.ru/2xGfz.jpg

Вечер тянулся долго. Разговоры о будущем, к которым жадно прислушивалась Инэн, то и дело вставлявшая комментарии и пожелания, о приданом невесты, о сроках свадьбы. В целом, Алинору при всем желании не к чему было придраться, кроме разве что неравности брака. Но барон похоже действительно интересовался именно Инэн, а сама она была так неприкрыто счастлива, что граф отбросил мысли о мезальянсе, и возможных корыстных побуждениях жениха. Девочку похоже даже не смутило то, что оглашение ее помолвки произошло в тесном семейном кругу, а вовсе не на пышном пиру, как это было с помолвкой Элис, впервые на памяти отца - не попытавшись укорить, или попытаться усмотреть в этом разницу в его отношении к дочерям. Впрочем, он предложил выждать, но Инэн не желала ждать, и согласилась даже с тем, что негоже сейчас, спустя лишь несколько недель после разрыва помолвки старшей сестры объявлять об обручении младшей во всеуслышание. Решено было что свадьба состоится через полгода, и остаток вечера девочка то шепталась с женихом, то принималась горячо расписывать отцу счастье своей будущей жизни, и при этом сияла так, что с успехом дополняла тусклые отсветы камина, и колеблющийся от сквозняка свет оплывающих свечей.

Алинору казалось что прошли часы, когда, наконец долгая пауза в разговоре дала ему возможность намекнув на усталость гостя, предложить ему отправиться спать чем барон не замедлил воспользоваться. Ушла и Инэн, явились слуги, разобрать оставленные на низком столе чаши, и когда он, наконец, поднимался к себе - то казалось, прошел не один вечер, а целая неделя.

Охранники были отправлены отдыхать, лишь Бранн, который отсыпался с момента возвращения - принялся мерять шагами верхний коридор. Алесса, к которой он, как всегда перед сном заглянул - уже спала, укрытая до подбородка меховым одеялом. Ее темные, как у Инэн, волосы, рассыпались по подушке. Тут же на поставленной специально для нее кушетке спала и немая служанка, не услышавшая тихого скрипа двери и легких шагов. Алинор несколько минут смотрел на жену, потом наклонился, и поцеловал ее в лоб. Женщина не пошевелилась, не дрогнули даже ее длинные ресницы. “Как мертвая” - мелькнула непрошенная мысль - и его передернуло.

Надо было идти к себе. В коридоре по-прежнему вышагивал Бранн. При мысли о пустой, холодной постели стало отчего-то странно тоскливо, хотя, пора была уже и привыкнуть. Но прежде - он направился к другой двери. Со странным ощущением, как прежде, когда девочки были малы, и он заходил к ним, пожелать доброй ночи. Дверь открылась легко, но против его ожидания Элис не спала.

Элис не могла уснуть, хотя день выдался не легким. Подготовка к приезду гостя - и почему Инэн не могла сообщить об этом раньше? “Вот в этом вся Инэн.” Но Элис не могла долго сердиться на сестру, особенно в такой важный для той день. “Хоть одна из нас выйдет за того, кто ей приятен. Боги, пусть она будет счастлива, прошу.” Элис сидела на полу, постелив на него теплый шерстяной плед, и сама укуталась в такой же. Яркие язычки ещё пробивались сквозь черные, с алой серединкой угольки.
Пламя камина, что освещало комнату, почти угасло, когда дверь со скрипом отворилась.
-Отец?

- Ты не спишь… - не вопрос. Просто констатация факта. Действительно - как могла она спокойно уснуть? Не прошло и двух месяцев с того дня, как она засыпала, дрожа от радости при мысли о своей помолвке. А сейчас… сейчас сидит, закутавшись в плед перед камином, такая маленькая перед его огромной пастью, и думает… о чем? Сердце кольнула жалость, и заполнила щемящая нежность. Думает о том, что сестре ее выпало быть может то счастье, которое поманило - и обмануло ее саму?

Граф тихо подошел к дочери, наклонился, коснувшись губами ее волос, и прислонился к камину, глядя на нее.
- Думаешь о сестре?

+1

11

*

Совместно с отцом Аликом Алинор (Айт Уоллинфорд)

Она ожидала, что отец сделает ей выговор за перепалку с сестрой за завтраком, или отчитает за очередной побег, но нет. Он прошёл к ней, коснулся губами ее волос, и задал один единственный вопрос.
- Думаю отец. - Элис отвернулась и смотрела на оранжевые всполохи в камине. - И я рада за неё, что бы она не думала. Пусть она будет счастлива, вы же видели её, да?
Девушка улыбнулась, вспоминая как Инэн носилась по комнате в поисках лент, как кричала, что не спустится к ужину, а потом, ее радостные, влюбленные глаза. Такие же, какие были и у нее, когда она так же бегала по лестницам и кухне, готовясь к предстоящей свадьбе с графом Ланарк. Такая же счастливая, парящая в своих мечтах. Элис радовалась, но все же, глубоко внутри, ее кольнула зависть. “Нет, это не правильно, нельзя. Она моя сестра, и я должна радоваться за неё.”
Девушка перевела взгляд на отца, крепче стиснула в кулаке край вязаного пледа.
- Но отец, мне больно от того, что она так радостна и весела. Я желаю ей счастья от всего сердца, но не могу радоваться за неё так, как мне бы того хотелось.

Алинор вздохнул. Откровенность дочери его порадовала - он знал, что она не может не вспоминать собственную помолвку, собственные рухнувшие надежды на счастье, тем более что времени прошло так мало. Но больше поводов для радости не было. Знать бы - чем помочь девочке? Как утишить ее печаль, как вернуть ей ее мечты и надежды. Выход он видел лишь один - найти ей мужа. Но и знал также, что даже наилучший из людей, появись он вот прямо сейчас - вызовет в ней скорее подозрение чем радость. Время. Должно было пройти время, а сколько его есть…
- Понимаю, родная. - тихо произнес он, и опустился на колени рядом с ней, приобнимая за плечи. - Очень хорошо понимаю. Не кори себя, за то, что не радуешься так, как считаешь что должна бы. Это естественно, после того что произошло. Но это не навсегда. - граф крепче прижал ее плечи, и привлек к себе, касаясь щекой ее макушки.- Это пройдет. Твоя первая боль в жизни - ты справляешься с ней, я вижу. И она скоро пройдет. Ты снова будешь радоваться и не только за сестру, но и за себя. Обязательно будешь.
Элис обхватила отца, прижалась к нему. “Родной, любимый отец. Он все знает, все понимает. Дура я была, такая дура.”
- Отец, но как же так, почему?  Я ведь видела его, видела какой он, но не разглядела его, отчего? Пройдет?  Вы говорите пройдет, и я верю вам, никогда более не подвергну ваши слова сомнению, отец. Но мне так плохо. Я не думала, что это может так больно. Не хочу больше испытывать подобного, отец. Не желаю. И вас больше не оставлю, не нужен мне муж, который заберет меня у вас, не нужно больше спрашивать меня, хочу ли я замуж. Я верю и доверяю вам во всем, и как вы решите, так и будет. Но любить, влюбляться, - произнося эти слова, Элис содрогнулась от холода, который шёл из той пустоты внутри нее. - я больше не хочу.

+1

12

От имени Алика Алинор, графа Фейфа.
http://sd.uploads.ru/2xGfz.jpg

- Не надо так говорить - голос графа был тихим как дыхание. - Никто не знает, что готовят людям боги. И через какие испытания придется пройти каждому. Одна ласточка не делает весны, а одно разочарование не рушит жизнь, моя радость. Мир велик, и в нем много людей - и скверных и достойных. Постепенно ты научишься отличать одних от других. Смотреть не на слова, не на лица - а глубже. В душу. И когда-нибудь… - он замолчал и слабо улыбнулся, радуясь тому, что прижавшись к нему девочка не видит его лица. - Когда-нибудь ты снова полюбишь. Причем не заметишь - как это случилось. Я могу только молить богов, чтобы они помогли мне найти для тебя достойного человека, который сможет завоевать твою душу.
Он коснулся губами ее волос и чуть покачнулся влево-впрево, покачивая ее на плече, словно маленькую девочку. “не нужен мне муж который заберет меня у вас”. О, боги, да разве ж он сам хотел бы отдать ее? А должен, и когда-нибудь придется. И острое сожаление о том - ну почему Блитинг оказался таким мерзавцем. Да будь он просто обычным человеком, которого отец вздумал лишить наследства, относись он к его девочке искренне - как все хорошо бы устроилось. Тогда бы не она уехала к нему, на Север, а он сам переселился бы жить в Ильстоун. И как знать, может боги сжалились бы над графом Фейфа, позволив ему вскоре увидеть своего первого внука…
Впрочем, что сейчас сожалеть.
- Тебе нужна своя жизнь, Элис. Муж и дети. - продолжал он так же тихо, глядя в затухающий огонь поверх ее волос. - Своя.

Отредактировано Aedd Wallingford (2016-06-18 14:37:37)

+1

13

Отец убаюкивал её совсем как в детстве. Ей стало так уютно, так тепло. Почему нельзя перенестись назад, в те счастливые, полные радости дни и моменты, когда все они были счастливы. Слушать рассказы отца о троллях и ограх, что живут в горах, матушкины песни. Вновь слышать её мелодичный голос, что летел над пустошами, уносясь вдаль. Песни о прекрасных дамах, феях и богинях, о храбрых рыцарях, о любви. Чистой, нежной, взаимной.
- Нет отец, я не полюблю. Никогда и никого. Не так, как его. Я никому не открою своего сердца, не доверюсь. Не покажу свою слабость. Я ведь вышла бы за графа Ланарка, даже без этой глупой любви, отец. Я знаю, вам нужен наследник,  а я, лишь звено, через которое ваша кровь сможет наследовать земли, чтоб дядя Арден с его сынком до них не добрались. Отец, я все сделаю ради того, что бы вы были счастливы, столько горя я вам принесла, что готова расплачиваться за свою глупость всю жизнь.

+1

14

От имени Алика Алинор, графа Фейфа.
http://sd.uploads.ru/2xGfz.jpg
Его передернуло и внезапно отстранившись он поднял голову дочери за подбородок, чтобы заглянуть в ее глаза. Его взгляд только что исполненный нежностью и печалью стал сейчас встревоженным и серьёзным. 
- Что ты такое говоришь… Ты что же… полагаешь что я хочу выдать тебя замуж лишь ради этого? чтобы получить через тебя наследника? Что ты -какое-то там ...звено? Инструмент? - услышанное потрясло его настолько что тихий голос словно бы осип став каким-то чужим и ломким. Эти слова… вышла бы замуж только для того чтобы… потому что полагает будто ЕМУ это нужно…? - Ты полагаешь что я хочу лишь этого? И готовишься таким образом “принести себя в жертву” ради блага нашего рода и моего спокойствия?

+1

15

Элис непонимающе глядела на отца, прямо ему в глаза, когда он оторвал её лицо, и поднес к своему.
- Нет, отец,  я знаю, знаю что вы меня любите, что не отдадите просто так, что желаете мне счастья. Только сейчас, после того, что произошло, я уверилась в том, что счастье, это пресловутое счастье, за которым гонятся молодые и глупые девочки, Инэн, что оно не может длиться вечно. Мне повезло отец, что вы не поверили этому мерзавцу, что он не ослепил вас так, как меня. А что было бы, узнай я обо всем позже, после нашей свадьбы. - Элис мягко убрала руку отца с ее подбородка, приложила к своей щеке. - Да, я была бы счастлива месяц, может и год,  а что потом?  Жить с тем, кого ты не просто не любишь,  а ненавидишь? Это страшно отец, мне страшно от одной мысли, что подобное могло или еще может произойти со мной. Не лучше ли, если брак этот будет выгодной сделкой? И наследник, отец, я знаю он нужен вам, и я сама хочу этого, хочу быть полезной, отец.

+1

16

От имени Алика Алинор, графа Фейфа.
http://sd.uploads.ru/2xGfz.jpg

Алинор лишь покачал головой. Меж его бровей пролегла глубокая складка.
- Тогда как понимать твои слова? “Я лишь звено”... “Вышла бы за него замуж…” “нужен наследник…” Послушай… - он помолчал. До сих пор он избегал серьезных разговоров с дочерью, но это ее мнение ему совсем не нравилось. И коробило больше чем он был готов признаться. - Любой брак по-своему сделка. Но сделка эта должна быть не столько выгодной сколько счастливой. Да, сказочная любовь с первого взгляда это по-большей части выдумка, идеи юных девочек, которые заслушиваются балладами бродячих менестрелей. Но любовь в браке это другое. Не восторженное замирание сердца, а спокойное, глубокое чувство, которое не появляется вдруг из ниоткуда, а прорастает постепенно, из чувства дружбы и уважения. Такое чувство не глохнет после того как спадет первая восторженность - напротив, оно растет с годами, даже если поначалу кажется, будто не ощущаешь к этому человеку ничего кроме уважения и признательности. Только вот далеко не каждый человек способен к себе такое пробудить, а я хочу тебе именно такого мужа. Того, на которого я смогу положиться, кому смогу доверить тебя и знать, что это человек достойный. А достоинство рано или поздно пробудит в тебе и уважение и любовь. И уж последнее о чем я думаю - так это о том, чтобы воспользоваться твоим замужеством для того, чтобы сохранить графство за собственным потомством! Потому что… - он неожиданно осекся, замолчал, и сграбастав девушку в охапку, прижал ее головку к своему плечу.

Отредактировано Aedd Wallingford (2016-06-18 14:37:56)

+1

17

Отец осекся, прижал ее к себе,  и Элис растерянно погладила его по мягким волосам. “Отец, только мы остались друг у друга. Несмотря на все обиды, ссоры, он все равно любит меня,  а я его.” Помолчав, она решилась заговорить.
- Но ведь моя обязанность, родить наследника. Мальчика, что унаследует все земли и титул, отец. Это ведь главное, за этим, вы и ищете мне мужа. Отец, я выйду за любого, кого вы сочтете достойным моей руки. Ведь вы сами сказали, эта любовь, такая, как у вас с матушкой, любовь, которую вы, отец, пронесли сквозь все невзгоды и года, она не появляется из ничего, ей требуются годы. И я знаю, что вы найдёте такого человека.

+1

18

От имени Алика Алинор, графа Фейфа.
http://sd.uploads.ru/2xGfz.jpg

- Обязанность?!  - выдохнул граф, и снова отстранив девушку посмотрел ей в глаза. Лоб изломало морщинами, словно от какой-то глухой внутренней боли. - О, боги, Элис! Вот как ты это воспринимаешь? Да повторяю тебе - мне неважно - родишь ты мне внука или нет! До того времени пройдут годы, и неизвестно кого пошлют тебе боги - а может быть это будут девочки? И ты думаешь что я не порадовался бы внучкам так же как внуку? Полагаешь что я ищу тебе мужа только ради того, чтобы ты подарила мне наследника?!  Ох-х… - его руки сжались на ее плечах, и лишь через несколько мгновений он разжал их, сообразив, что возможно делает ей больно. Вот оно, к чему приводят недоговорки и оберегание девочек от простой и нелицеприятной стороны жизни…. Он вздохнул, и заговорил еще тише - но размеренно и медленно, словно хотел, чтобы каждое его слово отпечаталось в ее мозгу.
- Послушай. Меньше всего меня заботит преемственность в третьем поколении. Арден, какие бы между нами не существовали разногласия - тоже Алинор. Тот же род и та же кровь, он такой же внук моего деда как и я сам. И род наш будет владеть этими землями вне зависимости от того - кто родится у тебя в браке. Если бы я был уверен, что Арден после моей смерти будет заботиться о тебе так как ты этого заслуживаешь - я бы вовсе не спешил расстаться с тобой. Но этого не будет, понимаешь? Поэтому я должен выдать тебя замуж, и постараться найти тебе хорошего мужа, потому что если я не успею этого сделать то… что будет с тобой после того как я умру?
Зеленые глаза Фейфа полнились тоской и щемящей нежностью
- В лучшем случае ты останешься жить здесь на положении родственницы, и отношение к тебе будет не лучшим, а в худшем… даже думать не хочу. Поэтому, слышишь, только поэтому я тороплюсь, и начну искать тебе мужа сразу как только минет положенный год. Я должен быть уверен, что у тебя будет свой дом, муж, и что о тебе будет кому позаботиться после меня. Понимаешь?

Отредактировано Aedd Wallingford (2016-06-18 14:38:13)

+1

19

И вновь он смотрит в её глаза.
Девушка мотнула головой расстерявшись.
- Не понимаю… Тогда зачем такая спешка?  И почему, вы говорите о смерти? - Элис насторожилась, и пристально осмотрела отца, положила ладонь ему на лоб, словно проверяя - не лихорадка ли?
- Но отец, я все еще не понимаю. Я же сказала, что выйду за того, кого вы сочтете подходящим. - Она произнесла это медленно, не замечая как растягивает слова.

+1

20

От имени Алика Алинор, графа Фейфа.
http://sd.uploads.ru/2xGfz.jpg

- Ну так пойми. - взгляд Фейфа снова стал требовательным, пронзительным - Я не хочу чтобы ты думала будто планируя твой брак жду только наследников. Я хочу всего лишь защитить тебя, и найти тебе нового защитника. Вот моя цель - и никаких больше. Кто знает сколько еще я проживу на земле. А уж родится у тебя мальчик или девочка, или, быть может по первости вообще никто - Алесса к примеру понесла лишь через два года - это меня не волнует. Выброси из головы эти мысли о том что “это моя обязанность”. Понимаешь?

Отредактировано Aedd Wallingford (2016-06-18 14:38:51)

+1

21

“Нет отец, это вы не понимаете.” Но вслух сказала другое.
- Конечно, отец. Я знаю, вы желаете мне только счастья. И я обещаю, что кого бы вы не выбрали мне в мужья, я постараюсь полюбить его так, как вы сказали. Но не могу понять ваших разговоров о том, что станет после вашей смерти. Это ведь вы говорите просто так, да, отец?

+1

22

От имени Алика Алинор, графа Фейфа.
http://sd.uploads.ru/2xGfz.jpg

Алинор улыбнулся лишь уголками губ, и погладил девушку по щеке. Он знал, что солжет. Впервые за все время - скажет дочери неправду. Намеренно. Но это было необходимо, он это знал. Незачем пугать девочку, и портить ей удовольствие от жизни осознанием неминуемой черной тучи, повисшей над головой. К тому же он не слишком обращал внимания на предостережения Галвина, уверявшего, что если уж жаба вцепилась в чье-нибудь сердце, то не отпустит его до конца. Какая в конце концов разница - сколько жить на земле и от чего умирать. Главное КАК жить, успеть отдать тем кто дорог - любовь и заботу, жить так, чтобы за каждый день этой жизни - не было стыдно перед богами.
- Конечно просто так, родная. Хотя - его улыбка стала лукавой и он щелкнул дочь по носу кончиком пальца. - Между прочим ты тоже ведешь подобные разговоры. Этот твой “наследник” на каждом слове. А ведь наследство подразумевает под собой в первую очередь смерть наследователя. То бишь - мою. Это видимо как-то не приходило тебе в голову, да? А, между тем, это самая естественная из возможных тем, и вовсе не стоит ее бояться, таков естественный ход вещей. Еще никто в этом мире не жил вечно.

Отредактировано Aedd Wallingford (2016-06-18 14:39:53)

+1

23

Элис зажмурилась и наморщила нос, когда отец беззлобно и легонько щелкнул её по нему. Перехватила его руку и накрыла своей.
- Отец,  я ведь не думала об этом так… - Она нахмурилась, но тут же улыбнулась, склонив голову набок, отчего её распущенные ко сну волосы, медным водопадом заструились по плечам. - Потерять вас - потерять все, отец. Я не хочу об этом говорить, равно как и думать. Не сейчас, ни потом. 
Девушка положила голову на отцовскую грудь, закрыла глаза, уютно устроилась в его объятиях,  будто она снова маленькая девочка, а не взрослая девушка, которая успела пережить и первую любовь, и расставание, и побег. От этой мысли губы её дрогнули в полуулыбке. “Глупая, нигде я не буду счастлива, как дома.” Как же спокойно было сейчас у нее на душе. Заботы о сестре, беспокойство, собственная душевная рана - ничего сейчас не тревожило её покой. 
- Отец, расскажите мне сказку, как в детстве. Сказку, где все закончилось хорошо. Пожалуйста.

0

24

От имени Алика Алинор, графа Фейфа.
http://sd.uploads.ru/2xGfz.jpg
Граф улыбнулся, зарываясь лицом в мягкую россыпь ее пахнущих лавандой волос, передвинулся поудобнее, натянул на ее плечи сползший с них было плед, и обняв ее, словно совсем маленькую, когда кольцо его рук было для нее самой надежной защитой от внешнего мира, от гроз и темноты - стал рассказывать. Тихо, почти шепотом, словно стараясь убаюкать.
- Давным давно, жила в одной деревне девушка по имени Аннес. Она была красивее всех девушек в округе, если не сказать - в целом свете. Многие юноши добивались ее внимания, но никто из них ей не нравился, а ее отец, хороший и честный кузнец, не хотел выдавать дочь замуж против ее воли. Жили они вдвоем на краю деревни, у глубокого озера, окруженного дремучим лесом, и почти никогда не покидали берегов, потому что леса вокруг были опасны, да и что было им делать в лесу.
Его рука зарылась в ее волосы, гладя ее по голове, расчесывая их точно гребнем, пропуская между пальцев пушистые медные пряди.
- Однажды отец Аннес отправился на ярмарку в соседний город. А в его отсутствие, один из соседских парней по имени Мабон, сын богатого мельника, которому Аннес очень нравилась, заявился свататься. Девушка не хотела с ним ссориться, да и страшновато было в отсутствие отца, поэтому она сослалась на то, что спрашивать надо у него, а сама она такие разговоры разговаривать не вправе. Ушел Мабон окрыленный тем, что она ему не отказала в открытую, пообещав вернуться, как только кузнец вернется домой. Однако шли дни, а он все не возвращался. Аннес забеспокоилась, но у кого ей было спрашивать, что могло приключиться. И вот, спустя неделю - вернулся домой старый коняга, на котором кузнец ездил на ярмарку. Один, без всадника.
-Неужели с отцом Аннес приключилась беда? - Элис нетерпелось, хотя она знала, что сейчас получит ответ, но любопытство победило.
- Вот и она так решила. - кивнул Алинор. - Бедняжка страшно перепугалась, но что ей было делать. Она не знала что и думать, и наконец решилась отправиться его искать. Но поскольку идти в лес одной было очень опасно - она пошла к Мабону, и таково было ее беспокойство, что она пообещала юноше выйти за него замуж, если он поможет ей отыскать ее отца. Он разумеется согласился, и они отправились в лес вдвоем, а конь кузнеца, словно понимая что они идут искать его хозяина - тянул их вперед, и, как человек, указывал дорогу. Вскоре они сошли с тропы, пошли, петляя через чащу, брели долго-долго, пока не село солнце, и над лесом не взошла луна. - его голос стал еще тише - Страшно было в лесу. Жутко. Но беспокойство было сильнее, да и присутствие рядом юноши придавало бодрости. Шли они взявшись за руки, пока перед ними не расступилась чаща, и прямо посреди леса не возник высокий замок из черного камня.
В окнах его не светилось ни единого огонька, крыши обветшали, кладка расшаталась, замок казался покинутым. Но в лунном свете он выглядел так жутко, что Аннес слышала как у Мабона стучат зубы от страха. Конь тянул их к воротам, которые были открыты. Словно говоря, что отец девушки - здесь. Они прошли по широкому двору, на котором даже не пахло лошадьми, вошли в высокий портал, в котором было черно как в погребе, и вдруг - дверь за ними захлопнулась, и сам собой задвинулся засов. -
он сделал драматическую паузу, совсем как тогда, когда девочки, и особенно Лайон просили рассказать страшную сказку. Только на этот раз не пытался понижая голос придать ему зловещую окраску,
-А дальше? - Элис подняла голову с нетерпением ожидая продолжения.
- Дальше, в глубине зала вспыхнул огонек свечи, стоявшей на столе. Такого страха ни девушка, ни юноша еще не испытывали никогда в жизни. Замок, казалось, населяли привидения, ведь непонятно было кто зажег свечу. В зале не было ни души. Но шли мгновения, ничего страшного вроде не происходило, зато в тишине Аннес расслышала отдаленный стук и голос звавший на помощь. Она узнала голос своего отца, и уже ни о чем не думая - вырвала руку из руки своего спутника и побежала на голос, чтобы отыскать его. Звук привел ее на лестницу, ведущую в подземелье, а там, в одной из камер, в которых некогда содержались преступники - она увидела своего отца. Бледного, истощенного и измученного. Она кинулась к нему, но, против ее ожиданий он не обрадовался, а пришел в ужас, и принялся упрашивать ее немедленно уйти. Девушка не понимала почему, лихорадочно пыталась открыть дверь, когда вдруг за ее спиной послышались мягкие шаги, какое-то клацание по каменным плитам, и чужой, хриплый, страшный голос спросил из темноты.
- Кто ты, и зачем ты пришла сюда?
Алинор на секунду прервался, почувствовав как девушка вздрогнула против воли. Улыбнулся, коснувшись губами ее лба, словно чтобы напомнить что сказка обещала добрый конец, и продолжил.
- Наверное любая другая девушка попросту упала бы в обморок. Но Аннес была храбрая. И никогда не лезла за словом в карман.

+1

25

- Я бы не упала, я бы спасла вас, отец. Кем бы не оказался хозяин этого голоса. - Словно не взрослая девушка сидела сейчас в объятиях отца, а маленькая девочка, которая хоть и боялась страшных чудовищ из сказок, но никогда не показывала этого отцу.
- Не сомневаюсь, милая! - Алинор с теплой улыбкой потерся щекой о ее волосы и крепче прижал дочь к сердцу. - И она так и сделала:
- Я Аннес- отвечала она, уперев кулачки в бока - А ты кто такой, и почему мой отец за решеткой?
Казалось, говоривший удивлен такой смелостью, во всяком случае ответил он не сразу. Но потом сказал что он - лорд этого замка, а отец ее посажен под замок, за то, что забрел в его владения. Ну.. что тебе сказать, родная. Зря он это сказал. Потому что девушка, уже сообразившая (а замечу, что она была не только ослепительно красива, но еще и находчива и остроумна) что раз этот “лорд” пустился в объяснения, значит с ним как минимум можно договориться - напустилась на него как маленькая фурия, требуя немедленно выпустить пленника. Лорд не соглашался. Они спорили еще долго, хотя она совершенно не видела с кем говорит. Как вдруг за ее спиной раздался скрежет, и обернувшись она увидела, что Мабон, пробравшийся в темницу - воспользовавшись их спором - как-то открыл решетку, и выволок совершенно обессилевшего старика.
Голос из темноты страшно зарычал, и сказал, что не выпустит его, и тогда Аннес сделала то, на что могло решиться только очень любящее и самоотверженное сердце, но слишком юное, и не оценивающее последствий. Она предложила остаться в замке сама, вместо отца. Кузнец запротестовал, ты понимаешь - ЧЕМ было для него ее решение? Но он был слишком слаб, чтобы его могли услышать, а лорду замка ее предложение понравилось. И тут - завертелся по темнице какой-то темный смерч, помутилось все в глазах у красавицы, провалился куда-то и пол и потолок.
Элис прекрасно понимала что чувствовала Аннес. Она пожертвовала собой ради спасения отца.

- Понимаю, отец, но ведь она спасала своего отца.
- Да только отцу ее было от этого не легче - неожиданно глухо ответил Алинор. - На его месте я предпочел бы умереть, чем купить себе свободу такой ценой.
Он замолчал, пряча лицо в ее волосах. Потрескивали дрова в камине.
- Самопожертвование никогда не является хорошим подарком для тех, кто тебя любит, родная.
- Но ведь она сделала это спасая его, от своего сердца.
- А подумала ли она о ЕГО сердце? Ты бы, к примеру, захотела жить, зная что я пожертвовал собой ради тебя? - он пронзительно поглядел на ее макушку, точно желая впечатать в ее мозг мысль о том, что так поступать нельзя.
- Но оставить его у этого лорда, значит поступить неправильно, отец. - Элис подняла голову и испуганно посмотрела на отца. - Нет, я бы не смогла жить зная, что вы отдали за меня жизнь.
- Верно. - тихо отозвался он, и чуть улыбнулся со странной, едва заметной печалью. - Поэтому никогда не действуй сгоряча, иначе самый правильный с твоей точки зрения поступок может оказаться роковым для тех кто тебя любит. Вне зависимости от того, насколько благими были твои намерения. Всегда, из любого положения есть как минимум два выхода. К примеру они могли остаться все трое, и отыскать путь к побегу, особенно раз уж Мабон, как оказалось - умеет открывать замки. Или во всяком случае, даже оставшись там - они были бы вместе. Выходы есть всегда, надо только уметь их искать, а не бросаться очертя голову в первый попавшийся. Запомнишь?
Девушка не ответила. Она тоже чуть было не совершила необдуманный поступок, но тогда о родных она совсем не думала. А сколько боли бы она им причинила, если бы смогла тогда сбежать, и отец не остановил бы ее.
Казалось, Алинору не требуется ответа. Молчание было достаточно красноречивым. Любая сказка несет в себе поучение, а в этой их было несколько. Он спокойно встрепал волосы на ее затылке, и мягко продолжал
- Впрочем, у нас же сказка. А в сказках бывает по-разному. Слушай дальше. Когда Аннес пришла в себя - то ни отца ни Мабона в темнице уже не было. Только чье-то дыхание по-прежнему доносилось из темноты. Бедняжка зарыдала, снова напустилась на невидимого в темноте собеседника, крича, что он не позволил ей даже попрощаться, но тот заверил ее, что зато сейчас ее отец уже дома. А она, как и обещала - останется жить в этом замке. Аннес плакала, представляя что больше никогда не увидит отца, но потом подумала, что останься он тут в этом сыром подземелье - он скоро умер бы, а значит ее поступок спас ему жизнь, и нашла в этом хоть какое-то утешение. А голос, тем временем, говорил о том, что она будет жить в замке не как пленница а как гостья, и может ходить везде где пожелает, кроме Северной башни, куда ей ход закрыт. Напоследок, она, уже смирившись со своей участью, она попросила таинственного лорда выйти в круг света, отбрасываемого единственным факелом. Он не сразу выполнил ее просьбу. Но когда выполнил - девушку обуял ужас. Потому что это был не человек. В круг света вышло страшное чудовище, горбатое и косматое, с клыками как у секача, звериными лапами, когтями как у рыси, и жуткими глазами, которые, казалось, пронизывали ее насквозь. Тогда и храбрая Аннес упала в обморок, но за это не будем ее винить, правда?
Элис представила себе это ужасное существо и вздрогнула.
- Наверное нет, отец.
- Вот и я так думаю - он улыбнулся, явно ожидая такого ответа, и снова натянул на ее плечо сползший краешек пледа. - Впрочем, как ни странно, все оказалось не так кошмарно как показалось поначалу. Чудовище не только не собралось ее съесть, но и предоставило ей самые лучшие покои замка. И не слишком навязывалось со своим обществом. Замок, к слову, был странным. Вся мебель в нем, стулья, столы, шкафы, свечи, зеркала, даже кухонные блюда оказались живыми. Они умели говорить, и вели себя как отлично вышколенная челядь. Заботились об ее удобстве, старались удовлетворить малейшее ее пожелание. Живой гребень, обожавший рассказывать смешные истории - расчесывал ее волосы на ночь, подушка, сама взбивалась, чтобы ей было удобнее, и пела колыбельную когда Аннес не могла заснуть. В шкафах обнаружились хоть и давно вышедшие из моды, но очень красивые платья, и даже комнатные туфельки каждое утро сами надевались ей на ноги, желая при этом доброго утра. Кувшин сам собою наливал ей молоко, сам собой разводился огонь в камине,
а веселый подсвечник, на котором горели не сгорая три свечи, казалось, готов болтать до бесконечности, чтобы девушке было не скучно.

Девушка рассмеялась представляя кем могли бы быть Кайд, Алма, Родри, служанки.
- А как вы думаете, кем был бы Кайд?
- Алебардой! - не задумываясь отозвался граф. - Знаешь, такой, огромной, которыми сейчас уже не пользуются. Которая сама собой становилась бы на караул у двери твоей спальни, а наутро колотила бы древком в дверь, чтобы разбудить. Да еще и следовала бы по пятам, случись тебе отправиться на прогулку в сад, или еще куда-нибудь, и попробовала бы ты тогда от него сбежать!
Она еще пуще залилась смехом.
- И гонялся бы он за мной по всему замку.
- Не сомневаюсь! А Родри наверное был бы тем самым подсвечником. Во всяком случае парня хлебом не корми дай всласть помолоть языком.
- А Алма, - девушка задумалась, - а Алма была бы пузатым кувшином. И все служанки-метелочки её слушались.
- Кроме твоей старой Брегис, - казалось, Алинора тоже увлекла эта игра - Она бы заделалась этаким здоровенным сундуком для одежды. И изводила бы тебя придирками к тому, во что нарядиться, заставляя перемерить с десяток платьев прежде чем остановиться на каком-то одном. Еще и крышкой бы клацала, как Брегис своим единственным зубом.
- Точно! А Бранн с Сафиром? Бранн молчалив и он такой большой, но на шкаф не похож. А Сафир, даже не представляю.
- Сафир стал бы… бритвой. - после мгновенного колебания отозвался граф. - Так же остер, так же незаменим, и так же незаметен когда надо. А Бранн стал бы дверным замком на двери в ту самую Северную башню, куда не велено было заходить. Если уж ему что-то велено, он исполняет это крепко. Ни за что бы не пустил  Аннес в башню, и она никогда не узнала бы - что это за замок, и почему в нем все так чудно устроено. Так что и сказке был бы конец.
Элис наконец перестала хихикать, и снова положила голову на отцовскую грудь.
-Точно вы все подметили, но что было дальше?
- Да-альше… дальше все шло на удивление мирно. Чудовище показывалось редко, словно понимая, что его гостье страшен его вид. А когда показывалось - вело себя угрюмо и сдержанно, как большой, старый пес, которому вроде бы и хочется ласки, но привык что его боятся и обходят стороной, а потому огрызается при любых жестах в свою сторону. Но Аннес была не робкого десятка, и на язык остра. Ну и поддержка явно симпатизировавших ей слуг-мебели, наверняка сказалась. Да и скучно было все время быть одной, в такой ситуации и с чудовищем, особенно не слишком агрессивным поболтать захочется. Мало-помалу завязывались у них разговоры, поначалу краткие, а потом и долгие, причем умница Аннес сразу сообразила, что живость и прямота гораздо лучше напускных страхов и заумной вежливости, и случались между ними такие перепалки, что болтливый подсвечник то дрожал от страха, то чуть ли не складывался втрое всеми тремя свечками, от смеха. Как ты догадалась, так догадалась и она - замок этот был заколдован - челядь не превращается в мебель просто так, чтобы повеселить хозяев. Но спрашивать - что за заклятием их околдовали, кто и почему - девушка стеснялась. Она могла бродить по всему замку, но все больше и больше ее манила эта Северная башня, куда ей был ход запрещен. И однажды она улучив минутку, пробралась туда.
Там царило страшное запустение. Мебель была переколочена, ставни оторваны, от зеркал остались лишь гнутые рамы, словно тут бесчинствовало целое стадо диких кабанов. И везде было пусто, ни души. Только в одной, самой большой комнате на вершине она обнаружила старый портрет, разорванный, точно ударом медвежьей лапы. Холодея от ужаса и любопытства она кое-как собрала из кусочков разрезанный когтями холст, и увидела портрет красивого юноши с пронзительными черными глазами. Вот эти глаза-то ей и показались знакомыми - это были глаза того самого чудовища, чьей подневольной гостьей она была.

- Этот юноша и есть чудовище! - Воскликнула девушка одновременно с отцом. - Но кто сделал это с ним и почему?
- Точнее он был им много лет назад. Везде лежала пыль, холст выцвел, портрет был написан явно больше десяти лет назад - отвечал Алинор так обстоятельно, точно сам при этом присутствовал. - Но ответов на эти вопросы она тогда так и не узнала. Раздался жуткий рев, за ее спиной возник сам хозяин дома, Он был взбешен, и так рычал и ругался, что она убежала не задав вопросов. Она была испугана, вне себя, не понимала что происходит, а он бесновался в оставленной ею комнате, воя точно зверь, и разнося в пух и прах и без того уже искалеченную мебель. Аннес бежала не разбирая дороги, ничего не соображая, не заметила как выскочила из замка, несмотря на данное ею слово, в ужасе от того, что он теперь с ней сделает, узнав что она нарушила запрет и узнала его тайну, а может и оттого, что ей было страшно находиться в месте, где свершилось столь злое чародейство. Но она бежала не зная куда, пока не очутилась в лесу, окружавшем замок. Лес словно стал гуще чем раньше, тропы, по которой она с Мабоном сюда пришла - уже не было, она не прошла и сотни ярдов, как деревья сомкнулись со всех сторон, и она поняла что заблудилась. Стояла зима, было холодно, темно, и, казалось уже одного этого достаточно чтобы испугаться, но в довершение всего прочего - она услышала волчий вой, и из-за деревьев одна за другой стали появляться худые серые тени с блестящими глазами.
- Но это же добрая сказка, да?  Мабон спасёт её, спасёт?
- Спасет, да только не Мабон.- граф улыбнулся, и в его зеленых глазах точно отсветы угасающего огня блеснули золотинки - Когда она уже совсем было попрощалась с жизнью - раздался такой же звериный рык, как рычали волки, только намного страшнее, и в сужающийся круг голодных волков вспрыгнула огромная тень. И завертелась, расшвыривая хищников, рыча и воя так, что волки попятились. Это было то самое чудовище из замка. Но волки тут же сообразили, что их все же целая стая против одного, пусть и очень большого и накинулись на него всем скопом. Аннес наблюдала за схваткой с ужасом, не зная поначалу, кого бояться больше, но почти тут же увидела как волчьи клыки оставляют на шкуре чудовища кровавые полосы и закричала уже от страха не за себя, а за него. Она не знала - что заставило его последовать за ней, и вмешаться в эту жуткую драку ради ее спасения, но понимала, что бой идет не на жизнь, а на смерть - ради того, чтобы спасти ее. Но в конце концов чудовище все же одолело волков.
- Ой, чудовище, он спас её. Какой он хороший, отец, не бросил глупую Аннес. Какая она глупая, не послушала его.
- Ну, кто знает -кто знает. Не зайди она в башню - ничего бы не поняла. Но вот то что зашла - тоже вышло боком. А вдруг он бы не успел? Или волки бы загрызли их обоих? Впрочем в сказке все кончилось хорошо. Оставшиеся хищники разбежались, покалеченные и убитые остались лежать на полянке, а чудовище, едва переводившее дух после схватки, только и успело что посмотреть на нее, почти по-человечески, да и повалилось в снег без чувств. Она могла бы сбежать, и оставить его там. Но не стала этого делать. Совесть не позволила, или в этом взгляде она все же разглядела в чудовище человека - я не знаю. Но она осталась. Привела его в чувство, помогла добраться до замка, перевязала его раны, и все пошло по-прежнему. Только вот ссорились они теперь гораздо меньше. Ей стало интересно - что там, в этих человеческих глазах, заключенных в зверином теле. А чудовище, как оказалось, сумел оценить ее доброе отношение. Они стали подолгу беседовать, совершать прогулки, и в конце концов она так привыкла к нему, что перестала замечать как он выглядит. Зато ей было интересно с ним говорить, а еще интереснее - слушать. Аннес не замечала как проходит наедине с ним время, даже если они беседовали о совершенных пустяках, и мало-помалу им стало настолько спокойно и тепло в обществе друг друга, что она и думать забыла о том, что когда-то могла его бояться.
- А я знаю, знаю чем закончится. - Элис оторвалась от отца, и с блестящими от волнения глазами продолжила. - Она его полюбит, отец, он ведь хороший и добрый. Это его уродство сделало его таким, да?  Я угадала?
- Угадала, девочка моя. - мягко произнес граф, касаясь губами ее лба. -- глаза Алинора блеснули улыбкой - Тогда и свершилось чудо. Засиял свет, слетела с чудовища его жуткая шерсть, выпрямился страшный горб, отвалились когти, растворились без следа клыки, и вместо страшного зверя, которого она так испугалась при первой встрече - у ее ног лежал молодой принц. Он открыл глаза, и над замком засияла радуга. Черные стены обратились в белые, зачарованная мебель снова обратилась в прислугу, бывший подсвечник кинулся обнимать кувшин-кухарку, а скамеечка для ног - затявкала и принялась носиться по двору, ловя собственный хвост. Так и было снято старое заклятие, а Аннес с принцем жили потом долго и счастливо, навсегда запомнив одну истину - что никогда не следует верить внешнему впечатлению, и что даже под самой страшной личиной подчас скрывается благородное сердце. - он улыбнулся - Вот и конец сказки, про красавицу и чудовище, моя радость. А ты не заснула, как засыпала в детстве.

- Отец, эта сказка просто волшебная, а скамеечка -собачка, а юноша, что оказался принцем. Так красиво, и я тоже запомню что внешность, это не самое главное, отец. - Элис снова рассмеялась. - Только не говорите Кайду, что он на алебарду похож,  а то он нам этого не простит.
Девушка не спешила отстраняться от отца. Она все ещё чувствовала свою вину за все, что отец пережил из-за неё, и его родные, тёплые, успокаивающие объятия, сейчас значили для нее очень много.
- Скорее будет ворчать, что алебарды слишком тяжелые и неудобные, и меч куда лучше. - Алинор мягко провел ладонью по ее волосам - Хорошая моя девочка…
Хотелось сказать многое. Слишком многое, отчего так сладко и горько щемило сердце, переполняло душу невыразимой нежностью, отдававшей странной, пронзительной тоской. Не хватало в языках человеческих слов, да и не будет хватать никогда, чтобы выразить то глубокое, неизмеримое чувство, которому он не знал названия, а попросту именуется банальным словосочетанием любовь к детям. Словосочетанием совершенно ничего не значащим для тех, у кого нет детей. Обычными словами. Словами, которые кажутся слишком простыми и не выражающими и сотой доли того, чем полнится душа, когда твое дитя, не просто твоя кровь и плоть - но и душа от твоей души - затихает в твоих объятиях с таким доверием, которое возносит тебя на вершину мира, словно являясь защитником этого маленького, доверчивого, чистого существа, гарантом его благополучия, альфой и омегой его жизненного пространства ты в эти минуты становишься чем-то гораздо более чем просто человеком.

Отредактировано Alice Alinor (2016-06-20 00:55:17)

+1


Вы здесь » В шаге от трона » Летопись » Графство Фейф, замок Ильстоун, 27 декабря 1581 года.


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC