Актуальная информация
Дорогие гости и игроки, нашему проекту исполняется 4 года. Спасибо за то, что вы с нами.

Если игрок слаб на нервы и в ролевой ищет развлечения и элегантных образов, то пусть не читает нашу историю.

Администрация

Айлин Барнард || Эйлис Стейси
идет набор [подробнее ...]

Полезные ссылки
Сюжет || Правила || О мире || Занятые внешности || Нужные || Гостевая
Помощь с созданием персонажа
Игровая хронология || FAQ
Нет и быть не может || Штампы
Игровые события

В конце мая Камбрия празднует присоединение Клайда. По этому случаю в стране проходят самые разнообразные празднества.

В приоритетном розыске:
Наместник Бринмора, принцесса Клайдская, фрейлины, Марк Кардидд, "королевский" друид, наследный принц Филипп

В шаге от трона

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » В шаге от трона » Летопись » Рейгед, Королевский замок. покои принца Глостера, 15 мая 1587


Рейгед, Королевский замок. покои принца Глостера, 15 мая 1587

Сообщений 1 страница 16 из 16

1

В преддверии больших празднеств и приезда гостей королева-мать вызывает главнокомандующего для беседы. Об обеспечение безопасности предстоящих мероприятий, и о чем речь зайдет.

0

2

Уже месяц замок гудел с утра до ночи. Приготовления к празднеству шли без перерыва. И за всем этим нужно было следить. Запасы, размещение, организация, инструкции всем, начиная от младших фрейлин до самого короля. Обговаривались все детали, прорабатывался план мероприятий, отрабатывался церемониал.
Абсолютно все легло на плечи королевы - матери. Как тут не пожелать невестку? Ее по крайней мере можно было бы упрекать в нерасторопности. А так все сыпалось в адрес Ренаты. По углам замка шелестели сплетни. Королева устала выслушивать их от "доверенных" лиц, кивая и ужасаясь в зависимости от настроений сообщений. Ни одной этой роже она не доверяла!
Но существовали люди, которым королева могла доверить самое важное сокровище - жизнь своего короля.
Королева - мать прекрасно понимала, что стоит за событиями подобного  масштаба. В одном подобном мероприятии она участвовала сама, много лет назад, будучи очень юной девушкой. О том времени у Ренаты остались туманные воспоминания и смешанные чувства.  Тогда от нее не требовалось думать. Сейчас  же она отвечала за все и должна была предусмотреть все на вперед
Безопасность подобных мероприятий - самая сложная и ответственная часть подготовки. Безопасность нельзя доверить абы кому. К счастью, Рената могла доверять своему родственнику.
Это утро королева - мать решила посвятить ему. Им предстоял сложный и подробный разговор о войне и мире, короле и его недругах. Выбрав для беседы раннее утро, королева велела подать простое платье без изысков из тонкой местной шерсти. Из-под нежно-голубого верхнего платья виднелась белоснежное нижнее, расшитое золотыми и алыми нитями дома Уолингфордов по краю широкого рукава. Пояс представлял собой сложное плетение из кожаных ремешков. Фрейлины забрали золотистые волосы в две косы и уложили вокруг головы, скрепив золотым обручем.
В таком виде королева сошла вниз, откуда направилась в покои принца Глостера.
Охрана, выставленная у дверей, пришла в замешательство при виде толпы женщин - королевы и ее фрейлин.
- Я желаю говорить с Его Высочеством принцем Глостера, - сказала им королева.
- Я должен доложить о Вас, - замялся один из солдат.
- Докладывайте! - нетерпеливо дернула плечом королева, - я жду.
Солдат скрылся в проеме.

+1

3

- Может хватит? - в холодном голосе Глостера звучало раздраженное нетерпение, но человек, стоявший перед принцем согнувшись, и приложив ухо к его груди - даже не пошевелился. Он слушал что-то внутри, прикрыв глаза чтобы не отвлекаться, временами зажимая и разжимая пальцы на руке, словно что-то подсчитывая, и, если бы не хмурящийся лоб, и напряженное выражение лица - можно было бы подумать что он умудрился уснуть в такой неудобной позе.
- Илдред! - резко окликнул его Айт, и отстранился. Человек же выпрямился не стазу, а, выпрямившись - не заговорил, сосредоточенно о чем-то думая, и снова совершая на пальцах какие-то подсчеты. Глостер скривился, но ничего не сказал, по опыту зная, что это бесполезно. Вместо разговоров, он снял со спинки стула свою рубашку, натянул ее через голову, и принялся затягивать тесемки на запястьях.
Человек, находившийся с ним - был полной противоположностью своего пациента. Высокий, статный, молодой человек с соломенной шевелюрой и простецким, но открытым и располагающим лицом - он совершенно не вписывался в рамки традиционных представлений о друидах, но, тем не менее, был им, и состоял при префекте коронной армии с тех самых пор, как он стал префектом.  Сейчас он выглядел одновременно раздраженным, и в то же время очень собранным.
- Ваше высочество... так нельзя.
- Я позвал тебя не для нотаций. - Айт, завязывающий вторую тесемку, поднял на него взгляд, но, друида, похоже впервые не проняло выражение его глаз. Он подался вперед, и уже настойчивее повторил.
- Так нельзя! Черногорка* - опасная трава. Я говорил вам...
- Найди мне другое средство, которое не требовалось бы втирать, а можно было бы пить, и можешь скормить эту черногорку всем баргестам сколько их ни есть на свете! - зло перебил его принц.
- Ваше высочество! - Молодой человек сжал кулаки. Странно, но на его лице и вправду отражалось беспокойство и почти отчаяние. - Что вам стоит согласиться на...
- Нет! - Черные глаза Глостера недобро сверкнули. - Клянусь богами, Илдред, ты испытываешь мое терпение.
- Ну и пусть испытываю! - друид подался вперед, его голос зазвенел от напряжения - Ваше сердце уже сейчас бьется раза в полтора медленнее чем следует! Соглашайтесь на втирания, иначе, такими темпами, не пройдет и года, как...
- Я слышу эту чушь с детских лет. - тихо процедил принц. - А до сих пор жив, как видишь. Если хочешь меня напугать - посули мне долгую жизнь, вот тогда мне правда станет страшно.
Молодой друид выглядел так, как будто ему хотелось стукнуть упрямого пациента чем-то тяжелым. Он резко провел ладонью по лицу, сжимая кисть в кулак, точно пытаясь снять с лица нечто невидимое, и замотал головой.
- Да поймите вы! - заговорил он тихо, но быстро, пока его снова не перебили. - Черногорка ослабляет судороги, это так, но при этом, она ослабляет и сердце. И рано или поздно она его остановит! По скольку вы ее пьете? По глотку? По два?
Глостер с раздражением отвернулся, и принялся натягивать камзол. Постоянная жизнь в разъездах, днями в седле, бешеный ритм который он сам себе выбрал - аукалась ему все чаще и чаще приступами сильнейших судорог в спине, а уж после последней поездки, он редкую ночь мог заснуть, не хлебнув предварительно целебной настойки, да и то, привыкнув за долгие годы к болям в позвоночнике, он терпел до последней крайности, прежде чем потянуться за заветной склянкой. Два глотка... то когда было. Теперь же подчас и четыре не спасали. Но говорить этого Илдреду не следовало. Он знал, что будет потом. Друид будет настаивать на других средствах, которые надо было втирать в спину, а в дополнение начнет, в который уже раз, твердить о том, что пора оставить или ограничить бесконечные переезды и тренировки. Все эти нотации он за пять лет уже изучил до мелочей. Хотя на сей раз готов был допустить, что действительно злоупотребляет настойкой. А какая альтернатива? Или сознаться друиду в том, что судороги в последнее время не просто скручивают спину, но и охватывают торс полукольцом, сдавливают ребра и, буквально, душат не оставляя выбора? Как бы не так.
Шаги и стук по дверному косяку оказались как раз вовремя, чтобы прервать очередной поток возмущений.
- Ваше высочество....
Глостер резко повернулся к дверям, словно не веря, что несмотря на приказ никого не допускать и самому во время осмотра не соваться - кто-то посмел все же сюда войти. Но вот принесенная солдатом новость заставила его широко раскрыть глаза.
Можно было бы отчитать парня за то, что тот вынудил королеву дожидаться у дверей, но с другой стороны - он просто выполнял его, собственный, Айта, приказ. "Никого" в его понимании означало "Никого", а никогда не следует наказывать за  исполнительность. Принц так быстро направился к выходу, так, что солдат попросту отскочил с его дороги, через мгновение уже очутился лицом к лицу с королевой -матерью, сопровождаемой сонмом своих барышень, и стремительно опустился перед ней на одно колено, склоняя голову.
-  Ваше величество...

*

черногорка -она же адонис, горицвет и тп - сердечный гликозид обладающий противосудорожным действием. В средневковье служила средством против судорог, однако, при злоупотреблении или долгом применении, вследствие накопительного действия, побочные эффекты превышают полезные, вызывая прогрессирующее нарушение  ритма сердца.

Отредактировано Aedd Wallingford (2016-06-23 14:09:34)

+1

4

Солдат скрылся, а у королевы появились драгоценные секунд подготовится к встрече. Много лет назад принц Глостер напугал ее своим видом до ночных кошмаров. С тех пор минуло два десятка лет, многое изменилось, в том числе и ее отношение к людям. Самый отталкивающий облик человеческого создания мерк перед делами тех, чьи лица завораживали взгляды. Айт Уоллнгфорд делом доказал свою преданность королю. Его солдаты, может быть тот самый, что не допустил саму королеву - мать в покои главнокомандующего, умирали по приказу принца Глостера за ее сына. И этого было достаточно для того, чтобы Рената лично пришла к нему со своими делами.
Появление принца Глостера вызвало смятение в рядах фрейлин королевы, и Ренате пришлось цыкнуть на них и сделать им знак почтительно склониться перед королевским родственником. Он был ужасен, словно само его существование было надругательством над человеческой природой. Но если для безопасности сына Ренате нужно было бы сойти в ад, она сделала бы это не раздумывая.
- Ваше Высочество, - королева подошла к принцу и легко коснулась кончиками пальцев его головы, - встаньте.
Она приветливо улыбнулась родственнику и, обращаясь к старшей фрейлине, добавила:
- Проследи за девушками, пусть не забывают кто они и где.
Затем ее внимание полностью сосредоточилось на принце.
- Дела государственной важности и безопасность нашего короля привели меня к вам в этот ранний час. Найдется ли у вас время выслушать меня и дать свой совет? Я могу подождать сколько угодно, если сейчас у вас есть срочные дела, - смиренно добавила женщина.

+1

5

О том, о чем хочет поговорить королева, Айт не строил ни догадок, ни предположений. Какая разница, если через минуту все равно все узнает. Равно как и о том, почему королева пришла к нему сама, а не вызвала к себе в покои, как имела бы полное право поступить. То, что она удостоила его личным визитом - было оказанием ему немалой чести в глазах всего двора, и значение этого было трудно переоценить. Хотя Глостер никогда не интересовался тем - как к нему относятся многочисленные дворцовые прихлебатели, но отношение самой королевы дорогого стоило.

- Я в вашем распоряжении, Ваше Величество. - просто ответил он, поднимаясь с колена, и посторонился указывая на открытую дверь, тем самым, приглашая войти. - Прошу вас.

На спутниц королевы он не обратил и вовсе никакого внимания, словно бы она была совершенно одна. Весь этот фрейлинский выводок в его глазах стоил не больше чем рой красивых но безмозглых бабочек,  и даже их красота не останавливала взора. Одна красивая женщина - всегда притягивает взгляд. Но когда красавиц - десятка два в куче - то и внимания они привлекают в десятка два раз меньше.

Пригласив королеву войти, он зашел за ней следом. Покои принца Глостера представляли собой две комнаты - одна из которых была просторным кабинетом, одновременно выполнявшим функции приемной, а вторая - спальней. Личных слуг своих он не держал, вполне довольствуясь обычной замковой прислугой, благо потребностей у него и было всего-то принести утром воду для бритья, да сапоги вычистить. Одежду отдавал на стирку лагерным прачкам, а оружие не доверил бы и вовсе никому, точил и полировал только сам. У главнокомандующего не было даже оруженосца, хотя каждый воин знатного происхождения почитал своим долгом наличие такового. С полдюжины контуберналов находилось при нем лишь когда это было необходимо - в тренировочном лагере, при сборе войск или в разъездах, да и тех он определял навскидку методом "ты, ты и ты - поедете со мной".

Единственной несменяемой фигурой при нем был лишь Илдред. Друид и стоял сейчас у пустого камина, похрустывая пальцами, в ожидании, когда упрямый пациент вернется, чтобы попробовать вновь воззвать к его - если не разуму, то хотя бы инстинкту самосохранения.
Однако, Глостер вернулся не один, и многозначительным жестом кивнув на дверь, приказал друиду выйти, не тратя лишних слов. Тот, предварительно поприветствовав вдовствующую королеву, вышел из кабинета, а Айт указал своей царственной гостье на тяжелое резное кресло с высокой спинкой, и вопросительным взглядом дал понять, что готов слушать.

+1

6

Стоило принцу Глостеру заговорить, как самые юные из фрейлин подняли настоящий щебет за спиной королевы. Они поспорили говорит ли принц человеческим голосом или же нет. Словно диковину его разглядывают. Необходимо заняться их воспитанием, - с раздражением подумала она. Еще чего доброго принц Глостер сочтет визит оскорблением.
- Тихо, - оборвала их споры Рената. - Закрыли рот и поклонились Его Высочеству.
Девушки хихикнули, но повторно склонили головы в почтительном реверансе. Молодость! Все то им смехулички
- Кармин присмотри за девушками, а Нара, Офа и Клавдия будут сопровождать нас с принцем, - распорядилась она уже войдя в приемную принца, но прежде чем взяла его под руку и опереться на него. Едва заметно улыбнувшись Рената подумала о том, что в сущности на его руку опирается все государство.
Принц Глостер вынужден был идти с ней рядом. Он шел сильно припадая на одну сторону. Королеве стоило усилий не замечать этих особенностей родственника. Говорили - он свиреп в бою.
Она с любопытством осмотрела аскетичные покои главнокомандующего. Прежде ей не доводилось бывать здесь. Чисто по-женски Рената сразу оценила некоторые необходимые изменения в приемной, но промолчала не желая ставить Его Высочество в неловкое положение. Фрейлины шептались, что в детстве с ним не особенно церемонились. Так что аскетичный образ жизни был ответом на удары судьбы. Будь он христианином - это было бы похвально, а так
Королева мать села и сразу перешла к делу.
- Как вам известно, уважаемый главнокомандующий королевской гвардией, через несколько дней к нам прибудет мой старший брат принц Клайдский. С ним прибудут так же члены его семьи и со свитами. Состоится их торжественный въезд в столицу, их будет встречать сам Его Величество. Затем пройдут разнообразные празднества. И везде будет присутствовать мой сын. Это его долг, я понимаю, - Рената вздохнула.
- Однако не сетовать пришла я к вам. Все это время, особенно во время королевского пира, безопасность Его Величества будет под угрозой. Я не хочу сказать, что в королевстве возможен бунт. Однако на пиру соберется толпа пьяных мужчин, может быть молодые принцы Клайдские захотят устроить шуточный бой. Вино, азарт - разве способно что-то удержать нашего Эсмонда от участия в подобном? - королева мягко улыбнулась. Проделки сына были хорошо известны не только в замке. А уж главнокомандующий сам мог рассказать ей подробности.
- Словом, я хочу, чтобы вы занялись безопасностью моего сына лично. И это естественно. Но еще, - она ласково коснулась сильной руки принца тонкими пальцами, - я хочу проговорить все предпринимаемые вами меры. Успокойте меня! Прошу вас, - смиренно добавила женщина.

+1

7

- Понимаю, Ваше Величество. - спокойно отозвался Глостер, оставшийся стоять перед королевой. Мысль о том, чтобы сесть в ее присутствии ему и в голову не пришла, хотя она приходилась ему родственницей, да и сам по своему происхождению был не ниже родом. Но она была королева, и этим все было сказано. Для него - короли были чем-то иным нежели обычные люди, и никакое родство или происхождение не могло этого изменить. А, кроме того, сам неукоснительно придерживаясь самой глубокой почтительности, он имел полное право жестко требовать этой почтительности от всех вокруг, и никто не посмел бы даже пикнуть, не говоря уже о том, чтобы попытаться опротестовать авторитет королевской власти, раз уж даже принц королевской крови так строго соблюдает субординацию.
- Я для того и вернулся в столицу пораньше, чтобы присутствовать на всех празднествах. Кейден Ламмер, центурион гвардии, человек, конечно надежный, но предпочитаю в таком стечении гостей и мероприятий - контролировать действия охраны самолично.
Шепоток трех фрейлин, сбившихся в кучку в сторонке, около придвинутого к узкому стрельчатому окну стола, стал чуть громче, послышалось даже что-то напоминающее тонкий, полуистерический смешок, но горбун и бровью не повел, и похоже вообще не замечал, что в комнате они не одни.
- В дополнение к той сотне, которая обычно охраняет замок, я привел еще две, Ваше Величество. - так же спокойно и размеренно продолжал он, глядя на королеву тяжелым, неподвижным взглядом - Караулы повсюду, и личная охрана короля будут утроены, в том числе и на пирах. Более того, я собираюсь изъять оружие у всех лордов, вступающих в ворота замка.
Он помолчал. Это "я собираюсь" было довольно знаково. Он не спрашивал согласия королевы на меру, которую считал необходимой, а попросту ставил ее в известность. Женщина, даже королева, не должна была вмешиваться в дела военные, однако, причины у его кажущейся самонадеянности были другие, и он продолжил:
- Это шаг беспрецедентный, Ваше Величество. Многие сочтут это за умаление своих благородных прав. Я собираюсь провести эту меру сам, и взять на себя ответственность за нее. В случае недовольства кого-то из лордов - пусть предъявляют свои претензии лично мне, если осмелятся. Король же, даже в случае их недовольства, останется не при чем, мало ли что в очередной раз выкинул "этот цепной пес", Его Величество, при случае, может даже посмеяться над моей одержимостью, и уж тем более никому и в голову не придет упрекать его или вас за мои действия.
Темные глаза Глостера блеснули едва заметной усмешкой, свидетельствующей о том, что он превосходно знает, какую репутацию имеет при дворе, и то, что он так спокойно ее обсуждал свидетельствовало о том, что никаких возражений против нее он как минимум не имеет.
- А что касается боев на пирах - коль скоро ни у кого из пирующих не будет оружия - пусть себе развлекаются, фехтуя на колбасах, вреда от этого Его Величеству не будет никакого. В любом случае и на пирах, и во время выездов, и на охоте - я буду рядом. Если кто-то вздумает причинить вред королю - ему вначале придется перешагнуть через мой труп.

0

8

- Ах, нет, прошу вас принц, - королева всплеснула руками и непринужденно рассмеялась, - ну посмотрите же на меня. Разве я способна понять, сколько человек охраны требуется на эту ужасную махину! Если бы вы сейчас спросили моего мнения, я бы назвала вам тысячу или даже две. И то мне показалось бы это уступкой здравому смыслу!
Она сказала правду, однако прозвучало это как оправдание. Рената не боялась показаться глупой. В этих вопросах соревнование с мужчинами неуместно. В пору своей юности королева сопровождала своего супруга в походах и усвоила несколько военных терминов. При этом она отдавала себе отчет в том, что знание двух - трех терминов не есть повод прослыть девой-воином. Пусть мечами звенят рыцари, ей по душе шелест шелковых юбок.
- В этом вопросе я доверяюсь вам, но Ваше Высочество, развейте сомнения, не будут ли лишние люди в сердце замка дополнительной угрозой для безопасности нашего короля? - за спокойствием королевы крылось беспокойство матери.
Несколько секунд она не спускала с принца зеленых глаз, затем повернулась к фрейлинам. Их шепот за спиной становился навязчивым. Принц Глостер был человеком короля. Преданным человеком. И уже за одно это, трем кумушкам можно было приказать вырвать языки.
- Ваше присутствие на пиру было бы большой услугой для меня, - произнесла королева. Всем известно, что несчастный калека не стремится бывать на людях. Принц стоял напротив нее со своим серьезным непроницаемым выражением лица. Как бы хотелось Ренате взглянуть сквозь эту маску.
- Я прикажу накрыть стол для вас. Вы так же сможете взять спутника или спутницу по своему выбору, - королева кинула многозначительный взгляд на слуг. Оставалось надеяться, что ее предложение будет понято ими. По тому, как за спиной стало тихо, королева сделала выводы. Она одарила принца исключительно приятной улыбкой. Про него говорили всякое. По дороге сюда, одна из фрейлин доверительно сообщила ей о предвзятом отношении принца Глостера к королеве - матери. Без сомнения женщиной руководили добрые чувства. И все же, чтобы Его Высочество не думал, королева намерена привлечь его на свою сторону, так как это сторона короля. А ведь его Глостер поклялся защищать даже ценой собственной жизни.
- Вы считаете это необходимым забрать у лордов оружие? - Рената нахмурилась. Мысль эта пришлась ей по душе. Хотя кто бы не взял ответственность на себя, расплачиваться все равно королю.
- Тогда действуйте от имени короля, - решительно добавила королева.

+1

9

Глостер лишь утвердительно приопустил веки, в знак того, что понял, и благодарен. Незачем было углубляться в эту тему, и пояснять, что ставить для него прибор - пустые хлопоты, и что он не собирается сидеть за пиршественным столом. Место охраняющего - за плечом у своего подопечного, с рукой на рукояти меча, а не на стуле с каплуньей ножкой в зубах. Не говоря уже о том, что при мысли об придворных застольях он не испытывал ничего кроме досадливого недоумения. И вольно же им считать развлечением - набивать брюхо да напиваться. В еде он был неприхотлив с детства и воздержан не только по природе, но и по необходимости. Его телу и без того приходилось нести большую часть своего веса - мертвым грузом на горбу, и утяжелять работу собственным мышцам уж точно не следовало. Кроме того - он прекрасно знал, как к нему относятся при дворе, и знал, что отвращение от его облика перебивается еще более сильным страхом перед его нравом, и забавно, смешно и нелепо было смотреть, как все это пытаются замаскировать растянутыми чуть ли не до ушей фальшиво-приветливыми улыбками. Когда-то это его злило, потом - смешило, а когда ему перевалило за тридцать - стало попросту безразлично. Все люди были на одно лицо, и равно неинтересны.
За редкими исключениями.
Одно из этих исключений и сидело сейчас перед ним, в высоком тяжелом кресле из резного дуба.
Когда-то он и вправду относился к ней с подозрением. Не то, чтобы слухи о ней и Арсани его хоть как-то заботили, уж что-что а подобное он всегда пропускал мимо ушей, но тот факт, что короля так долго держали в стороне от каких-либо внутренних или внешних дел - заставлял его в свое время не раз хмуриться, подозревая - уж не собирается ли бывшая клайдская принцесса до конца жизни царствовать в Камбрии, превратив сына в марионетку.
Однако, события последних двух лет убедили его в обратном. Он видел - искреннюю любовь матери к сыну, пусть и замаскированную бесстрастной королевской маской. Глостер сам носил маску с самого детства, и умел ощущать разницу, между кажущимся и истинным. А потому - отбросил свои прежние сомнения, накрепко утвердив для себя, что мать никогда не пожелает зла своему сыну.
Единственным сомнением для него оставалось - не пожелает ли королева-мать склонить короля к своей религии. Проводя почти все свое время в разъездах по стране, он был неплохо осведомлен о настроениях, и знал, что это будет роковой ошибкой. Даже коронная армия состояла сплошь из приверженцев старых богов, и вздумай король переменить веру - то и их это может сподвигнуть на открытый бунт, не говоря уже о северных герцогствах, где вера старым богам носила чуть ли не фанатический характер. Но королева до сих пор столь мудро и умело лавировала на этом непростом поле, что эти опасения были скорее подспудным фоном, нежели четко оформленными опасениями.
Иными словами - перед ним была его королева, мать его короля, а все остальное не имело значения.
- Есть лишь один момент, от которого я не знаю как уберечь Его Величество. - заговорил он так же ровно и бесстрастно, хотя ему не задавали вопроса - Если вдруг он вздумает принять участие в турнире. Несчастные случаи на турнирах не слишком часты, но при наличии у кого-то злого умысла, провести покушение, скажем, в общей битве - вполне возможно, и непонятно будет даже, чья рука нанесла удар. В этом случае я рассчитываю лишь на вас, Ваше Величество. Если король решит поразвлечься участием - вы должны напомнить ему, что он - король, и навести его на мысль о том, что его соперники будут попросту поддаваться ему, из желания заслужить милость. Его Величество молод и горяч, а для такого человека перспектива "игрушечных" побед в битве - почти оскорбление. Такой довод способен отговорить его от участия. Во всем остальном я ручаюсь головой за его жизнь.

+1

10

Королева молча выжидающе посмотрела на королевского военноначальника. Кажется, она была одной из немногих, кто отдал свой голос именно принцу Глостеру. Ей нужен был цепной пес. Послушный, верный и свирепый. Его должны бояться и враги, и даже друзья. А Глостера боялись. Он подавлял своей холодностью и дерзостью. "Его совершенно невозможно обучить манерам" - слышалось со всех сторон. Королева знала, что они ошибаются. Глостер при всех его недостатках и внешнем уродстве оставался человеком.
Он имел незыблемые понятия о чести и долге, был верен своему слову и как любой мужчина стремился доказать свое превосходство. Словом, он подошел идеально. И не было до сих пор дня, чтобы королева пожалела о своем решении. Аванс доверия к нему рос. Теперь доверию предстояло пройти серьезную проверку. 
Наконец, королева улыбнулась.
- Я не буду принуждать вас присутствовать за столом и не позволю сделать этого моей семье. Но вы желанный гость для меня.
Рената изящно сложила фарфоровой белизны руки на коленях и прикрыла глаза. Как же она устала. Праздники! Она с детства любила их. Лодки с огнями на во рву, сладкие угощения, подарки. Все это захватывало девочку в невероятный водоворот. Ей нравилось выбирать ткани, шить платья, украшать волосы. Куда все это делось? Она же не старуха еще! Но суета стала утомлять, власть давила на плечи с каждым годом сильнее. Но вместо того, чтобы покориться ей, королева только увереннее распрямлялась.
- Я постараюсь убедить сына не участвовать в турнире. Однако это будет не просто. Рыцари захотят увидеть того, кто по праву повелевает ими. Будет не достойно славной памяти его предков уклониться от вызова. Мое сердце перестанет биться, - она замолчала, с усилием вдохнула, - и все же Его Величество Эсмонд второй должен выступить на турнире.
Она приложила платок к вискам и взяла себя в руки.
- Мы можем как-то помочь ему выйти из турнира хотя бы живым? - спросила Рената самым спокойным голосом. Годы при дворе закалили выдержку. Она умела быть холодной, когда того требовало ее государство.

+1

11

Глостер нахмурился. Само слово "вызов" в отношении короля казалось ему достойным того, вздернуть любого, осмелившегося сделать этот вызов - на первом же суку. Или выпотрошить. Или и то и другое.
- Ваше Величество, вызов можно сделать лишь тому участнику, который записан на турнир. - бесстрастно произнес он вслух. - И вызывают лишь на состязание на копьях, на "конную сшибку", возможно с последующей схваткой на мечах. В этих сшибках несчастные случаи случаются, но смертельные исходы почти исключены, если копья проверяются надлежащим образом, а они будут проверены, можете мне поверить. Но королю попросту нельзя участвовать в подобном поединке! Это запрещено общей этикой турнира,  - поскольку противник его будет вынужден либо поднять оружие на своего короля, либо изобразить из себя мальчика для битья. Даже турнирное копье - это все равно копье. Сюзерен не имеет права ставить своего вассала перед таким выбором, да еще при стечении народа, под звуки рогов и вопли герольдов.  Принять участие в турнире может сын короля, королевский брат или племянник, но никак не сам король.

Глостер хрустнул пальцами. Она ведь боялась. Он чувствовал это, чуть ли не всем своим существом. Боялась, за сына, и, вместе с тем - как она держалась! Выдержке этой женщины могли бы позавидовать многие воины. И вместе с тем - она казалась утомленной. Немудрено. Столько всего на одни только плечи. Но во всяком случае он был твердо намерен отвечать за безопасность короля во время всего праздника - самолично. Королеве и без того довольно забот, и не дело ей появиться на празднестве издерганной и изо всех сил скрывающей усталость и напряжение. Хотя и без них наверное никуда.

- Я говорил об общей схватке, моя королева. О той, на которую никто никого не вызывает, а рыцари записываются добровольно в несколько партий, и затевают на ристалище преглупейшую свалку, имитирующую настоящий бой. Туда записывается кто угодно, любой желающий, хоть король хоть оруженосец. И участие короля в такой схватке допускается правилами, потому, что это не бой один на один, где имена противников известны и объявлены герольдом, а действительно свалка.  В такой схватке легко прикончить кого угодно, незаметно для тех, кто сидит на трибунах, и никто не узнает, чья рука нанесла удар, потому что в подобной свалке каждый сам за себя. Но.... - в черных глазах горбуна блеснуло холодное предвкушение - Если уж король все же решит участвовать - буду участвовать и я. 

Это обещание дорогого стоило. Глостер прошел немало битв, и умел ориентироваться в круговерти общей рубки как рыба  в воде. И находясь рядом с королем - мог бы спокойно отвечать за его жизнь. Хоть обрубив руку, поднявшую клинок для опасного удара, или хоть приняв этот удар на себя.

Отредактировано Aedd Wallingford (2016-07-11 21:12:04)

+1

12

Рената склонила голову, внимательно вслушиваясь в слова королевского родственника. В них ее спасение и погибель. Стараясь не пропустить ни единого намека, тоненькой ниточки возможности, она всматривалась в мимику, позу и жесты принца. Вначале ее охватило отчаяние. Казалось выхода нет. Все в ней дрожало и неприятный холодок сжал ее внутренности. Сын своего отца, Эсмонд любил схватки. На его долю, благодаря неустанным молитвам, битв не осталось. Королевство процветало в мире. И показать всем свою удали могло быть делом чести. Она всего лишь женщина, которая знает своего ребенка. Но королева взяла себя в руки.
"Безвыходных положений не бывает" - напомнила сама себе Рената.
"Он не окончил, дослушай"
"Как же не хочется ничего решать"
И вот оно спасение. Королева позволила своим губам чуть приподняться, обозначая улыбку, и тут же отвернулась к сопровождающим ее фрейлинам для того, чтобы проницательный взгляд главнокомандующего не увидел лихорадочный блеск спасенного от смерти человека в глазах своей королевы. Подданные не должны знать о ней слишком много. Пусть питаются слухами и домыслами о ней.
Хруст костяшек пальцев заставил ее едва заметно дернутся. Тяжелые мысли погружали королеву в своего рода транс. Но вот стоило снова ей повернуть голову к принцу, как перед ним возник прежний облик неколебимой в своих решениях женщины.
"Вы ведь думаете, что это я решаю за короля. Не так ли? Так ли, так ли"
Она поднялась, шурша расшитым платьем
- Мы убедим Его Величество отдать честь представления королевского дома наследному принцу. Мы скажем его, что мальчику необходимо показать себя перед знатью. В этом я надеюсь на ваше участие принц, - это была не просьба, а утверждение, приказ королевы, хотя высказанный неофициально. 
Былой страх стал теперь забавной тенью ветвей на стене. Королева, как девочка, хихикнула
- Ох уж ваши мужские забавы. Я всего лишь женщина и мне они кажутся ужасным бессмысленным убийством. Но как горят ваши глаза, Ваше Высочество, - она взяла его руку и слегка пожала, - ценю вашу храбрость. Она достойна памяти потомков.
Рената внезапно почувствовала такую усталость, что вынуждена была присесть снова.  Между тем в голосе ничего не изменилось
- Какие меры мы примем в отношении моих клайдских родственников, милорд главнокомандующий.

+1

13

Веки Глостера слегка дрогнули при ее пожатии. Знак внимания и милости, который нельзя было недооценить. И он ценил. Хотя по собственному мнению не сказал и не сделал ничего, заслуживающего признания - всего лишь выполнял свой долг. Не в этом ли суть жизни каждого человека? Вопрос в том, что долг у каждого свой. И он не променял бы свой жребий ни на какой иной, даже если бы имел такую возможность.
А вот при следующих словах королевы, ему понадобилась вся его выдержка, чтобы не скривиться.  Артур Клайдский, и все его семейство (странно, но королеву Глостер отчего-то упорно отказывался воспринимать частью этого семейства, зато Силуэн - единокровную сестру короля и дочь Арго - воспринимал не как дочь рода Уоллингфорд, а как одну из клайдского клана) - были ему точно кость в горле. Их близость королевскому дому, и практически полная автономия были для них непробиваемым щитом, способным прикрыть почти любые выходки, которых ни от кого другого терпеть бы не стали. Это сооружение флота, сношения с Римом, притеснения последователей старых богов, которые вовсю имели место в Клайде - были с его точки зрения угрозой, немалой, постепенной, растущей угрозой королевскому дому Камбрии. Но, вместе с тем, он был совершенно безоружен против них, до тех пор, пока Уайтстоун не совершал никаких прямых попыток нарушить свою вассальную присягу.
Для него не было секретом, что принцесса Силуэн практически в открытую заявляет, что имеет больше прав на трон, чем Эсмонд и Филипп. И отсутствие категорических, твердых законов о наследовании - ей в этом потворствовало. Куда как практичнее было бы объявить и для королевского дома ту полусалическую систему, которая была принята на территории герцогства Глостер, и допускала женщин к наследованию лишь при полном вымирании мужчин во всех родственных линиях. Силуэн пришлось бы укоротить свои амбиции и довольствоваться герцогством своего мужа, а не точить зубы на Камбрийский трон. А Эсмонд и Филипп могли бы преспокойно жениться и оставить потомство - уж кто-нибудь из их сыновей должен же выжить, чтобы не пустить баб к наследованию трона Арго. Так нет же - теперь при любой охоте на кабана, морской прогулке или скачке с ястребами стоило молить богов, чтобы они хранили Эсмонда от роковой случайности, поскольку, случись что - и эта хищница, а вместе с ней и ее муженек разом перелетят из Клайда в столицу с заявлением своих прав. И тогда....
Что произойдет тогда - он знал. Камбрия не примет новую королеву и ее консорта. Большинство герцогств, и даже армия - верны старым богам. И случись  христианам с их божком замахнуться на камбрийский трон - страна ухнет в бездну гражданской войны. Только тогда уже не будет Уоллингфорда, способного вновь ее объединить.
От этих мыслей хотелось скрипеть зубами. Ох не любил Глостер тех ситуаций, которые нельзя было решить твердым законом или еще более твердым клинком. Оставалось полагаться лишь на королеву - которая на зыбкой почве династических отношений преуспела не хуже чем сам он на поле брани.
- Вашим клайдским родственникам, - медленно произнес он, стараясь, чтобы его голос не отражал тех ледяных интонаций, которые поневоле появлялись в его голосе всякий раз, при мысли о Силуэн и Артуре,  - Мы определим почетный караул, сообразный их высокому рангу. В этот караул войдут люди, способные в достаточной мере выказать почтение к высоким гостям, но, при этом, не забывающие о том, что служат они Эсмонду Уоллингфорду, королю Камбрии, а не герцогу Клайдскому. Принц Артур и принцесса Силуэн, без сомнения, привезут с собой собственную охрану, и почти наверняка откажутся ее разоружить, пусть так. Но, в этом случае вооруженный эскорт их будет оставаться лишь за пределами залы, в которой будет находиться король.
Он помолчал, покусывая губы, и добавил.
- Я не доверяю принцессе Силуэн, Ваше Величество. Но, пока она в открытую не совершила ничего вызывающего нарекания - у меня связаны руки.

0

14

Эта ежеминутная необходимость искать компромиссы, мириться с уступками и предлагать новые выматывала. С какой бы радостью королева отдала приказ войскам сына разрушить столицу Клайда до основания. Ее родина, нежная память детства стала источником проблем. Артур строит флот? Отлично! Она поможет брату. Даст ему денег. Выбьет у сына разрешения отдать брату пленных викингов, а у герцогства Дор купит лучшего леса. Флот отличная забава. Лучше флот, чем армия. Армия должна быть только у ее сына.
Рената перевела взгляд на принца.
- Нельзя ли подослать к ним верных людей?
Она спросила прямо, предпочитая говорить с главнокомандующим без любезных реверансов, чтобы не тратить ни свое, ни его время.
- Таких людей, которые смогут узнать о чем говорит меж собой гвардия моего дорожайшего брата. Таких, что за пивом на привале смогли растолковать клайдским воинам бесполезность сопротивления в случае вооруженного конфликта? На нашей службе есть люди из Клайда.
Она мило улыбнулась принцу и бросила взгляд на своих фрейлин. На первый взгляд кумушки с упоением передавали друг другу сплетни собственного сочинения. И все же ей очень не понравились откровенные слова принца Глостера, слишком уж прямо звучала в них угроза.
- Ее Высочество принцесса Силуэн верна короне, - резко отрезала королева.
- Прошу вас вспомнить о том, что она ваша кровная родственница и старшая сестра нашего короля. Вы трое - одной крови. Разве можно предполагать, что Ее Высочество даже помыслить может о таком! Это же измена!
Королева резко поднялась и сделала знак своим фрейлинам следовать за ней. Знак должен был так же показать принцу как легко посеять слухи, когда в доме присутствует хотя бы одна женщина. Тут же в одном зале собралось целых три.
Обняв на прощание королевского родственника, Рената прошептала
- А что вы делаете милорд, когда враг связывает вам руки? Ждете?
И тут же отступила в сторону.
- Я не прощаюсь с вами, милорд. Буду ждать вестей об организации безопасности нашего праздника. Вы так же можете обратиться ко мне, если понадобиться помощь. Мой сын так занят, что не всегда помнит о делах.
Она грустно улыбнулась на прощание.

+1

15

Глостер лишь кивнул тяжелой, отдавленной кпереди головой, не вдаваясь в подробности. Внедрить верных людей? Так есть уже таковые, и немало, иначе откуда бы ему было знать о том, что в Клайде ужесточили налоги для тех, кто сохранил веру в старых богов, и вообще, при внешней лояльности, Артур Клайдский неуклонно проводит политику, направленную на то, чтобы постепенно выжить всех не-христиан, или обратить их. А туманные слухи о прибытии кораблей из Рима и вовсе заставляли настораживаться. Вера - вещь безобидная, пусть себе машут своими крестами, Клайду не тягаться с Камбрией в военном отношении, пока он, Глостер, жив - в этом отношении он был спокоен. Но если на стороне Клайда выступит Рим, желающий христианизировать весь обитаемый мир?
Ни к чему было говорить об этом вслух. Королева прекрасно знала, как ведутся подобные дела, и, пожалуй, знала лучше него самого. Хотя, получая подобные сведения он всегда, испытывал глухое раздражение. Видишь потенциальный источник беспокойства, и... и что? Вынужден ждать, пока котел вскипит. Самолично погасить под ним огонь, до тех пор, пока котел не угрожает взорваться и расплескать содержимое - это то малое на что он и вправду не имел права.
Он молчал и на ее последующие слова, лишь плотнее сжав губы в ответ на ледяной тон королевы, и с досадой дернул щекой, когда молодая женщина, обнимая его, шепнула то, что разъяснило ему этот тон.
Айт едва не выругался от досады. Ну конечно, принятое при дворе двуличие, вслух говорить одно, для длинных языков и не менее длинных ушей, а вполголоса - другое. Иначе здесь, возможно, и не прожить. Хотя отрезать слишком длинные языки было бы куда более действенным решением. И что за дурацкий обычай, обязывающий женщину повсюду таскать с собой этот курятник, да еще и задумываться - что из сказанного они услышали а что нет? Не проще ли было бы говорить наедине? Так нет же. Ре-пу-та-ция, чтоб всех этих лицемеров гномы калеными кайлами драли во все дыры до скончания времен! Какая к баргестам репутация - что, женщине "неприлично" говорить с племянником своего мужа? Королеве-матери неприлично говорить с главнокомандующим армией? Что, случись им побеседовать наедине - сразу пойдут слухи о ее грехопадении или его домогательствах? Курам на смех, особенно если учесть - кто он! Горбун, чудовище. Так нет же. Проклятые бездельники устроены так, что иная мысль в их пустые головенки и не пролезет! Дурацкий обычай.
Раздражение, и без того незримо, подспудно ворочавшееся где-то в душе, всколыхнулось, оставив во рту горький вкус желчи. Не он выдумал этот мир с его нелепыми правилами, не он создавал этих людей, с их отвратительными повадками, но как, подчас, он жалел, что в руке его - обычный меч, а не молния Тараниса. Порой иногда весь мир и люди в нем становились столь невыносимыми а жизнь столь тягомотной, что он начинал ощущать себя мошкой, попавшей в чашу с патокой. И страстно желал, чтобы земля разверзлась, и поглотила бы их всех без остатка. Может тогда, в новом мире, возникли бы люди, которые умеют жить своей жизнью и своими делами, без сплетен, без лицемерия и фальши. Пусть в этом мире была бы хоть жестокость, хоть бы и кровь - лишь бы не было грязи.
Никто не понимал отчего Глостер был жесток.
А ему казалось нелепым, утомительным и тоскливым - само существование, в постоянном окружении людей, не понимающих одну, такую простую истину о том, что чище грязи, смерть чище лжи, а небытие - достойнее зависти.
И королева, всю жизнь вращающаяся в этом окружении, которое ему самому было всегда (а в такие моменты особенно) невыносимым, почти тошнотворным - умудрялась жить, лавировать, и одерживать победы в этом топком болоте, чему можно было лишь поаплодировать. И молча принять ее модель поведения в данном случае. Раз она так делает - значит тут и сейчас именно так и надо.
Хотя слова сказанные ею, не прояснили ничего. Было ли это негласным разрешением принять превентивные меры против Силуэн? Если да, то какие именно следует предпринять? Родная кровь... родная кровь не мешает Силуэн, если верить слухам, просчитывать свои шансы на корону, вместо того, чтобы искренне желать брату долгих лет, как и полагалось бы сестре. И все же.
- Врагу пришлось бы вначале убить меня, ваше величество, прежде чем связать мне руки. - так же тихо ответил он, склоняясь перед королевой, и стоял в задумчивости, глядя вслед молодой женщине и ее дамам.

0

16

Слова принца вызвали на ее лице грустную улыбку. Прямая и честная натура принца нравилась ей, но торопить свою смерть она считала безрассудством. Сделав своим спутницам знак остановиться, королева, уже стоя в дверях, спросила своего главнокомандующего с вызовом:
- Что же прикажете делать тем, кого вы бросите? Кому нельзя покориться и уйти? От вас зависит жизнь нашего короля, всех моих детей и в общем то моя то же. Хотя без них меня не станет независимо от того, останется это грешное тело здесь или будет погребено. А вы смеете говорить об убийстве? Самоубийстве!
Она сжала пальцы до мертвенной белизны. В двенадцать лет Рената оказалась в совершенно чужой ей стране. Люди говорили на одном с ней языке, но они не понимали друг друга. Лишенная поддержки близких ей людей, семейной теплоты и друзей, Рената одна постигала все хитросплетения королевского двора. Ее добрый супруг был воином и мужчиной. В войне сплетен, наветов, интриг королева оказалась совсем одна.
- Не забывайте, Ваше Высочество, вы так же являетесь претендентом на престол в том случае, если мои сыновья не оставят после себя потомство. Не пора ли и вам задуматься о подходящей партии и наследниках? Корона могла бы дать приданое вашей избраннице и земли для вас. Подумайте над моим предложением. Если вам понадобиться дружеский совет или помощь, то я буду рада предложить вам все это в любое время.
С этим королева покинула покои принца Глостера и часовой затворил за нею дверь. "Если понадобиться корона прикажет вам жениться" - думала она, искренне понимая душевные муки Айта.

0


Вы здесь » В шаге от трона » Летопись » Рейгед, Королевский замок. покои принца Глостера, 15 мая 1587


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC